Крещатик № 95 (2022)

Наверное, ходил в администрацию, ведь никому из одноклассников она номер не давала.

Плохо, если у маленького скарлатина. Она-то знает, как это бывает. Ей было уже 11 лет, когда она заболела скарлатиной. Сначала просто больно глотать, и она не стала есть утреннюю кашу и никому не сказала об этом. Но уже через пару часов в классе ее стало лихорадить, она не смогла встать, все тело было ватное. Тогда она второй раз в жизни попала в больницу. Её положили одну в кабинку изолятора, других детей она не видела, только слышала голоса.

Первое время она даже не очень понимала, где находится. То ей казалось, что она дома, в дедовой столярке, то, что она плывет на пароходе в Швецию, льдины стучат в борта и вот-вот раздавят пароход, и тогда все пойдут ко дну. Температура и лихорадка держались несколько дней, ей было страшно, она боялась людей в белом. Все тело чесалось и зудело, и она вертелась в кровати так, что даже свалилась на пол.

Когда Айна пришла в себя, то увидела, что руки у нее почему-то в варежках. Она сама не смогла их снять, они были крепко завязаны поверх рукавов рубашки.

Медсестра, которая их сняла, объяснила, что Айна раздирала кожу до крови, и она, сестра Чештин, решила защитить ей лицо, чтоб не осталось шрамов. Так они познакомились.

Почти месяц была Айна на карантине. Сестра Чештин приходила каждый вечер поиграть с ней в карты, в игры, которые были в больнице, пела ей песенки, приносила книги. Когда Айна совсем поправилась, и прошел карантин, ее должны были выписать обратно в детский дом.

Вечером перед выпиской сестра Чештин пришла к ней, как обычно, но вела себя странно. Ходила из угла в угол, потом спросила вдруг:

– Хочешь пойти жить ко мне?

– Жить?

– Да, насовсем, будешь мне дочкой приемной.

Милая сестра Чештин! Только она здесь любила Айну, только с ней Айна поняла, что такое дом и уют. Как бы хорошо они могли жить вдвоем сейчас, когда Айна выросла.

Звякнул колокольчик, надо бежать в детскую.

Малыш спал, хоть и беспокойно, но спал. Можно и Айне какое-то время отдохнуть, очень устали все за день.

В комнате была еще кушетка, как раз на такой случай, но она не стала ложиться, а села в кресло возле кроватки. Потрогала лобик, температура еще держалась, но сыпи не было.

Она задремала, и ей снилась чудесная жизнь в райском Энгельсберге, там была сестра Чештин, и Давид, и Инга, и какие-то еще люди, вроде знакомые, но она не могла их назвать. Был праздник, они сидели за столом, ели, разговаривали и смеялись.