Разговор с Каллиопой и Клио. История в избранных стихах и сценах

Лажечников

Лета шесть тысяч какого-то (стёрто, какого)

князь (не читается имя за ветхостью списка)

люд податной и дружину созвал, чтобы слово

мудрое молвить о том, что спасение близко.

Надо лишь новую веру принять, а сначала

смыть благодатной водою грехи многобожья.

«Мыслите, мы собрались у речного причала?

Нет, перед горним престолом стоим – у подножья.

Новая вера, единая с Южной страною,

наше княжение с нею подружит навеки.

В духе сливаясь, как в море сливаются реки,

вместе управиться сможем с ордою степною.

Вот омовения место!» – и, вытянув руку,

подданным князь указал на речную излуку.

«Нет, – возмутился вожак промысловой ватаги, —

этак без рыбы останемся, босы и наги.

Именно там её ловим, и – чуете запах? —

вялим, и шлём с караваном гурманам на Запад».

«Любо», – одобрил правитель, и княжья десница

вновь поднялась, выбирая для таинства место.

Лихо теперь корабелам от этого жеста:

«Рядом с военною верфью негоже тесниться».

Внял возражениям князь и сказал несогласным:

«Выбор, народ, за тобой!» – и движением властным

руки простёр над людьми, чьи несходственны цели…

Спорили долго.

Ждать утомились посланники Южной державы

и удалились, ругая дикарские нравы…

Лета шесть тысяч пятьсот… (неразборчиво дале)

Южное царство кочевникам жители сдали.

Княжество славное вслед за державой соседней

пало, по устным преданиям, в год Крокодила…

Так самовластие воля толпы победила

в первый, наверное, раз и уж точно в последний.

22–23 мая 2019

Каменный чертёж

Былое уничтожить без следа

не в силах ни пожары, ни подрывы.

Лежащие в руинах города

фундаментами каменными живы.

Любые стены можно разломать,

сравнять с землёй и крепости, и зданья,

но бережно хранит природа-мать

их вросшие в планету основанья.

Раскопками раскроется чертёж,

где чётко прорисован мир вчерашний.

На карте циклопической прочтёшь:

тут были храмы, там стояли башни.

Вверху – амфитеатр на сотни мест,

у моря – склад, общественные бани.

Часами изучать не надоест

историю на самом крупном плане…

Над бухтой чайки вьются и кричат.

Залётный люд на древности дивится.

Блаженны те, кто зорок и крылат,

кто смотрит в мир глазами очевидца!

Что смог увидеть, то в душе сберёг.

Ведь я не только ради интереса

излазил за день вдоль и поперёк

ожившие кварталы Херсонеса.