Разговор с Каллиопой и Клио. История в избранных стихах и сценах

21–23 сентября 2021

Легенда об Искандере, князе урусов

1

От засек Залесья до застав Сарая

добрых две недели конного пути.

Это если ехать, устали не зная,

и коней подменных в поводу вести.

Устали не знает старший Ярославич;

в думах князя – участь русских городов:

сборщиков налогов выдворили давечь

Суздаль и Владимир, Углич и Ростов.

Бесермен побитых жалко Берке-хану:

«Искандер, теперь ты у меня в долгу,

но в Орду урусов угонять не стану,

коль отбить поможешь натиск Хулагу».

На холмах персидских новую державу

создали от сопок отчих вдалеке

внуки Чингисхана. По какому праву

Хулагу добычу отнял у Берке?

2

Зимняя дорога – шёлковая лента.

Над протокой – мостик, над болотом – гать.

От застав Сарая до ворот Дербента

добрую неделю коннице скакать.

С малою дружиной, да велик отвагой,

взять ордынцу крепость пособил урус;

и с остатком войска, точно тать с ватагой,

Хулагу вернулся в родовой улус.

Нет, не завершилась миром эта ссора,

но полки в Залесье не верстал Сарай.

От сиротской доли, страха и разора

старший Ярославич спас отцовский край.

По дороге к дому слёг от ратных тягот

и скончался, приняв схиму, в Городце.

…Русские и после за Дербент полягут —

драгоценный камень в царственном венце!

Февраль – март 2016

Сказание о сарьмятах, известных нам как чалдоны

«…А всядемъ, братие, на свои бръзыя

комони, да позримъ синего Дону!»

    «Слово о полку Игореве»

Окрестили «сарьмятами» их – за соседство

с племенами сарматов, освоивших Дон

и ушедших на запад, оставя в наследство

всё Подонье славянам до края времён.

Но теснила их Степь. На Оку. И за Камень.

Этим именем русичи звали Урал.

А в поход снарядясь, восклицали: «На комонь!»

И лошажьими гривами ветер играл!

Подзабытое Русью в тринадцатом веке,

слово «комонь» ещё в обиходе пока

у чалдонов, обживших сибирские реки, —

угадайте-ка сами, в какие века!

26–27 января 2018

Князь и писарь

(По мотивам старинной хроники)

«…Сего же лета бысть пожар».

Сгорело сорок сёл.

Но дал Господь просимый дар:

стеною дождь прошёл.

Из мест, нетронутых огнём,

в столицу ехал князь.

Придворный писарь был при нём

в возке, месившем грязь.

И оба слушали гонца:

– Народ посадский лют.

Без дозволения Дворца

на площадь вышел люд.