Ожидание жизни

Ожидание жизни

Сергей Семенович Монастырский

… Герои этого произведения, как и все, выйдя из беззаботной юности, прожили трудную жизнь, борясь за выживание, и выжили и многого добились. А теперь, пока они еще почти относительно молодые, собрались просто жить. Для себя. И тут жизнь и закончилась…

Сергей Монастырский

Ожидание жизни

«Вот, Маша, пишу тебе. Я же немой после инсульта, а сказать сейчас, когда такое случилось, хочется многое. Голова ведь работает, времени много, да и мало ли что, вдруг завтра помру! А я ведь за всю жизнь с тобой так ни о чем важном и не поговорил.

Это я только сейчас понял. Все как у всех – дела, быт, заботы, иногда правда, приходила мысль, что же это мы все о мелком! Да ладно, думалось, жизнь впереди еще большая.

Да, может, она еще и большая – ведь пятьдесят четыре всего, но это уже другая жизнь. А в старой, надо понимать, много еще чего недоделанного осталось.»

Федор отложил ручку, посмотрел в окно своей больничной палаты.

Там шел крупный снег, просто валил хлопьями и не таял, падая на землю.

Санитар в накинутой поверх халата куртке, катил тележку с обеденным бидоном, нарушая черными следами от колес первозданный снежный ковер. Дела не было санитару до этой снежной красоты, на которую смотрел Федор из больничного окна, как не было дела ему в этот морозный солнечный день до Федора, до прошедшей жизни, о которой писал Федор в письме своей жене Маше. Она, как всегда, придет вечером его проведать.

Но не отдаст Федор написанное сегодня письмо. Он будет писать его долго. Пока не выйдет из больницы. Или не вынесут, с усмешкой подумал он.

Будет писать, чтобы не сойти с ума от мысли, что все так внезапно кончилось. Да, жить он может и будет, но зачем? Немой, практически с парализованными ногами! Больничная палата переедет в его квартиру, а жена станет обслуживающим персоналом.

Жена, впрочем, и была обслуживающим персоналом, когда они только поженились.

Медсестрой. Медсестренкой, как ее звали в больнице за маленький рост, за веселые кудряшки, да веселую улыбку.

Это было в восьмидесятых, в последнем десятилетии Советского союза. В стране, в которой они родились, в которой начиналась их молодость, и, конечно, казалось, что эта страна будет вечной, как и их жизнь.

И было счастье. Оттого что молодость, от того, что влюблены, и вообще, все на свете хорошо.