Всё может быть

– Эх, хорош парок! – крякнул я радостно, плюхнувшись распаренной задницей на деревянное сиденье в предбаннике.

– Да уж! – довольно подтвердил раскрасневшийся Мишка, шлёпнув своим толстым задом напротив меня.

– Ну, прям Сандуны, – пошутил я, – хорошую баню построили, а стоит копейки.

– Эх-хе-хе, – с ноткой сожаления протянул старичок слева от нас, – вы, ребятки, в Подзы?ке не бывали. Вот где пар-то был, куда там Сандунам!

– Что за Подзыка? – поинтересовался я.

– Подзы?к, – поправил меня дед, и тут же спросил, – а ты, чей будешь? Мишку-то я вот знаю, а тебя что-то не припомню.

– Да это Ванька Смоляков, – ответил за меня Мишка.

– Николая Петровича сын, что ли? – прищурился дедок, продолжая теребить вяленую плотвичку, – то-то я гадаю, на кого похож. Вернулся, значит?

– А глаз-то у тебя ещё хорош, дядь Сень, – удивился Мишка.

– Да, слава богу, на восьмом десятке и память не подводит, – довольно отозвался наш неожиданный собеседник, – а всё баня.

И тут я его узнал. Это был тот самый морщинистый дед, что ответил мне из похоронной процессии.

Только теперь он выглядел довольным и помолодевшим. Посасывал солёную рыбку и допивал бутылку пива. Мы тоже открыли по бутылочке.

– Дядя, Сеня, – наконец вступил в разговор и я, – так расскажите, что же это за Подзык такой?

Последним глотком он осушил свою бутылку и с чуть заметным сожалением бросил мимолётный взгляд на мою. Ему, конечно же, хотелось поделиться с нами приятным воспоминанием, но «на сухую», как говорится, не идёт, а вторую, видимо, пенсия не позволяла.

Не задумываясь, я протянул ему своё пиво. Он выдержал подобающую паузу, потом с достоинством принял бутылку и начал рассказ:

– Да вы ещё тогда под стол ходили, когда закрыли Подзык. Щас там склад. А баня была, всем баням баня. Бывал я и в Сандунах – богато! Ничего худого не скажу, но пар не то, что у нас в Подзыке был. А всё вода. Баню-то назвали по роднику. Знатный родник бил на горке, вода – не оторваться. Да, не в низине, а вот на горке.

Вся заречная сторона оттуда воду брала. На нём наши деды колодец и соорудили. При царе ещё. А потом умные головы под горкой городскую баню изладили. Трубу из колодца проложили. Вода-то самотёком идёт, лей сколько душе угодно, а родник мощный, напор хороший. Город тогда меньше был, на всех хватало. Бабы с малыми детками в одном отделении, мужики с пацанами в другом. Целыми семьями ходили. И даже у кого свои баньки имелись, за знатным парко?м в Подзык хаживали.