Кантилена для мертвеца. Мистическая драма

Летающие гробы, вареники, бесы, черти и состоящие с ними в дружественных отношениях селяне, это всё не богоугодно….

Поняв, что в ближайшее время записывать что-либо не придётся, он вернулся и, откинувшись на спинку стула, произнёс:

– Простите, но тут я с вами не соглашусь. Получилось весьма презабавное чтиво. Напрасно вы так хулите вашу литературную нечисть. Не скрою, есть щекотливые моменты способные смутить обывателя, но в целом светлые силы одерживают верх и в том есть ваша немалая заслуга, Николай Васильевич.

Уж вы как хотите, но я считаю именно так.

Уперев подбородок в ладонь, Гоголь ответил:

– Суть малороссийских историй значительно отличается от моих сочинений. Мне иногда кажется, что вся нечистая сила находит нечто привлекательное именно в Украине, прочно оседая в историях, что пересказывают бабки на святках, до бледности пугая молодых девиц.

Переписчик усмехнулся.

– Поверьте, и в русских сказках полно всякой нечисти….

– Так в том и дело, что в сказках.

В тех местах, откуда я родом, селяне утверждают, что это быль, описывая события столь красочно, что поневоле поверишь. Улавливаете разницу между сказками и былью?

– Однако должно же быть объяснение? – спросил Анненков.

– Объяснение?

Николай Васильевич в недоумении поднял брови. Он приблизился к Анненкову и, склонившись над столом, прошептал:

– А скажите, кому и что вы собираетесь объяснять? Может крестьянам? Да предприми вы хоть одну попытку и вам приведут столько доводов, что вы сами поверите.

– Да уж…. И как аргумент, достанут ухват….

Гоголь выпрямился.

– Ну что вы, напрасно…, это простые и открытые люди. Быт формирует нрав и, не смотря на своё социальное положение, они умеют радоваться жизни. А уж коли придётесь ко двору, так даже не смотря на незамысловатый стол, вас так угостят, что при каждом удобном случае, вы будете в подробностях рассказывать об этом застолье. Вспоминая вкус огромных варэныков, кулишей да шкварок.

– Ну, небогат порцион, надо сказать, – несмело возразил Анненков, – Ну если ещё добавить сало….

– Э, нет, дорогой, Павел Васильевич, Запоминайте, цвыкля, картоплянка, кровяна гурка, мазурыкы…, а ещё кулеш да шпундра…. Кисели, взвары с млынцамы…. И это не всё!

Все эти названия были произнесены вперемежку с малороссийским наречием, с таким смаком и удовольствием, что не поверить в искренность сказанного было невозможно.