Великая Игра: три души, два мира

– Ну если так, – около Крыса сначала заструилась тьма, а потом образовалась фигура девушки – что, кого надо убивать-то, людишек? – она улыбалась, беспечно глядя на меня.

Все, кто был в зале, тоже на меня уставились. Ламочки, хоть и с боязливостью, но проползли немного вперёд, я видел, как нервно ведут себя хвостики их матерей, они, наверняка, хотели остановить их, но не решались.

– Крысс, ты будешшь – я хоть и был сейчас младенцем, но моё сознание было сознанием молодого нага, а ламии и наги развиваются не как человеческие дети – раззведчиком, разведуешь, где люди и, сто они делают и где… – я замялся, не знал, как её назвать, она всё же мне не мама и я не мог так сразу назвать её королевой, хоть и даровал ей титул заочно.

– Моя дочь – тут в паузу вклинилась бабушка, она или поняла мои затруднения, или же просто не хотела, чтобы я позорился.

Крыс отдал меня в мохнатые руки одной из ламочек, а сам, встав на все четыре свои лапы, побежал наружу. Я ещё раз оглядел помещение: оно было, естественно, запущено, от блеска белого камня не осталось и следа, хотя кое-где из-под пыли и серости просвечивало белое.

Кругом лежали пожухлые листья, несмотря на то, что тронный зал располагался довольно высоко. Когда-то здесь практически всегда находилось множество ламий, нагов и представителей других рас, мы с сестрой тут ползали, иногда за нами гнались наги-стражи. Теперь большой зал стоял пустым, только меж колон, в центре было небольшая группка ламий, вместе со мной.

– Ха, – надменно хмыкнула кобра – вы доверяете этой крысе! Родители рассказывали, что они выкапывают наши трупы и грызут наши хвосты и хвостики.

– Это страшилка для ламочек, – тихо сказала бабушка – чтобы они далеко не уползали от своего поселения. Хотя моя дочь никогда не слушала меня.

Сейчас было уже 13:30, это я понимал по положению лучей света, проникающих снаружи. Я вспомнил Фаво и то, что говорил мне брат. Он рассказал легенду о том, что эти существа были созданы самими богами и, что боги даровали им бессмертие для служения своему господину, но те слишком загордились этим и тем самым разозлили богов.

В наказание боги ещё сильнее привязали их к их хозяевам, так что, если у них не будет господина, они теряли бессмертие. Брат рассказал мне эту легенду ради развлечения, он не верил ни в легенды, ни в мифы, а я же – напротив. И я, можно сказать, был хозяином Фаво, значит она не должна была умереть или погибнуть.