Консьерж

– Значит, Виктора Ильича мне не довелось встретить… жаль… жаль, что я не знаю его адреса и телефона – всё как-то недосуг было спросить. Мы же с ним только здоровались, а так, чтобы дружбу водить…

– Да чёрт с ним с твоим Виктором, папаша! Ты мне лучше скажи за сколько ты хочешь продать своё старьё? Что там надо ремонтировать?

Родион Степанович пожевал губами, сделал важное лицо и сказал:

– Не заводится, зараза, да крыло чуть помято, а так машина красивая. Мы с сыном, пока он не сгинул, катались на ней раза два.

Мягко идёт по сравнению с современными, – с видом знатока ответил старик.

– Какой год выпуска говоришь?

– В паспорте её написано, что тысяча девятьсот пятьдесят пятого.

– Так за сколько ты хочешь её продать, дед?! – наседал охранник, и его водянистые глаза даже чуть потемнели от возбуждения.

– Парень, тебя как звать? – спросил Родион Степанович.

– Слава, – ответил Кадетов и в свою очередь спросил: – А вас?

– Родион Степанович… так вот, Слава, я в этих делах не очень понимаю, но, думаю, что запасные детали к старой машине трудно будет найти, поэтому… долларов за триста-четыреста продам.

А как ты думал? Это же всё-таки машина, а не велосипед! Вот только подлатать её надо маленько, поэтому я и пришёл к Виктору Ильичу, а он уже того… Слушай, а не помер ли он, не знаешь?

– Не знаю, батя, но ты мне лучше скажи… можно посмотреть на твоё авто, я ведь тоже соображаю в этом.

Родион Степанович понял, что клиент созрел, что он явно своим рассказом заинтересовал охранника.

Пора было приступать к активным действиям, в которых мог помочь выдуманный стариком Виктор Ильич.

– Слава, я вот хотел выпить за встречу с Виктором, но раз его нет, то не выпьешь ли ты со мной, а то у меня в глотке пересохло.

Кадетов вздохнул, посмотрел на монитор и ответил:

– Вообще-то, нам на посту не положено, но если только чуть-чуть, чтобы к утру выветрилось. У нас с этим строго, Родион Степанович! Работу терять из-за каких-то ста грамм совсем неохота.

– Дык, и я напиваться не хочу, так, выпьем за Витю, может и он меня когда вспомнит. Я вот машину продам, так на курорт поеду после, – напомнил о диковинном авто старик.

– Ладно, садись, я сейчас закусь организую.

Кадетов шустро метнулся к тумбочке, что стояла возле узкой кушетки, и вытащил из неё пакет. Развернув бумагу, он положил на стол бутерброды с сыром и колбасой, присоединив к ним пару замызганных стаканов.

– Угощайся, Родион Степанович.