Жизнь, Живи!

Жизнь, Живи!

Евгений Владимирович Кузнецов

Роман «Жизнь, живи!» продолжает искания и судьбу главного героя романа «Быт Бога» – под другим именем и теперь, бывший следователь, на поприще писательства. Исследуется сам процесс собственно творчества. – Притом, иначе не бывает, в суматохе и пестроте земной жизни. Небесный дар соседствует с обычным бытом, социальными современными проблемами. Как быть и жить пишущему?.. Как быть-жить любому ищущему?.. «Как жизнь есть на самом деле жизнь». Развивается идея предыдущего романа: человек является на этот свет побывать, ангелом или бесом, – и вся жизнь, в конфликтах-стрессах-переживаниях, есть сплошное Отдавание! Миг за мигом, вздох за вздохом… Капля за каплей: пота, крови, спермы… Деньги – добываются, чтобы их неминуемо отдать.

Талант – даётся свыше, чтобы его неумолимо источать. Автора интересует прежде всего человек как таковой. Роман публикуется в авторской редакции. На обложке фото из личного архива автора.

Содержит нецензурную брань.

Евгений Кузнецов

Жизнь, Живи!

Тысячелетию Ярославля

Первая глава

Сначала скажу всё.

Я – просто я.

А слова эти я узнал потом.

Я в колыбели. И я – словно одно само зрение. Я даже не знаю, что я смотрю через глаза. Я вообще не ведаю, что у меня есть… какое-то тельце… Белые простыни окружают. И лицо, почему-то уже знакомое, – пугая?.. радуя?.. – иногда нависает надо мною.

Слышать, такого не знаю, ничего не слышу – даже, конечно, и крика моего, младенца, тела.

И я – отчетливо:

–– Куда же я попал?!..

Проговорил.

Сам себе.

Спохватился… Воскликнул…

На каком языке?..

Но – первое, что в моей жизни… в жизни моей… первое, что вообще ощутил-подумал-сказал.

С этим настроением – в таком состоянии: куда я попал? – я и живу.

А все и всё вокруг, вижу, лишь отвлекают меня от этой моей исконной озабоченности.

И прежде всего – я сам себя, забываясь.

Я – словно капля, которая капнула тогда в тело, которое и сделалось моим.

Которая капнула – в жизнь.

Вот в эту.

…Страшное самое, как слышу, что меня когда-то не будет? – Но тогда несоизмеримо страшнее казалось бы то, что меня до рождения – не было! Ведь сколько-то, если и впрямь ограниченно, пожив, я (по крайней мере!..) видел солнце, дождь, лес… я дышал, любил, писал…

Но я – я.

Радостно если хоть что-то – так уж одно лишь то, что я это точно знаю.

И – только радость.

Я был всегда.

Как-то.