Миниатюры и рассказы

Я попросил каньон помочь пересечь его, и в ответ на мою мольбу земля подо мной затряслась. Я чуть не свалился с края обрыва. Скалы в каньоне зашатались, закачались с такой силой, что голова закружилась. А скалы тем временем сточились до кусочков размером с гальку. Дно каньона исчезло, его края сомкнулись, осталась узкая – в пару сантиметров – и необычайно прямая трещина. Я мог бы пройти вдоль по ней – и подошвы не застряли бы. Никогда и нигде они не могли бы застрять!

ГЛАВА 3

Поднимавшееся над горизонтом солнце светило мне в спину.

Я нес на спине и плечах его молодые лучи и чувствовал, как они согревали меня. С новым днем за плечами я оказался недалеко от домов, запертые двери и ставни которых были обращены ко мне.

Какой маленький городок! Я мог бы при желании обойти крошечные домики из камня цвета травы с черепичными крышами в два-три шага. Или взять, например, обычную лопату и выкопать участок земли, на котором они стоят, а потом принести его домой и поместить в аквариум.

Вспомнился мой город: я осознал, что ничего не знал о нём.

Он просто однажды появился: из земли проросли здания, улицы и проспекты проступили из-под почвы, остальное возникло из воздуха.

И люди… они как-то сами невзначай селились в нём. Это было похоже на чудо: сначала город стоял совершенно пустой (и непонятно было, для кого он здесь), а затем улицы и проспекты неожиданно заполнили толпы людей. Откуда они пришли? Почему именно этот город они выбрали? Зачем они в нём остались – не ушли в другое место и там не собрались в толпу?

К чему это я? Уже и не вспомню.

Наверное, задумался о человеческих поселениях вообще. А это был новый вид таких поселений – их можно было найти только в особенно густых и непроходимых лесах. Я не знал, как называется этот лес. Решил, что потом подберу ему какое-нибудь название.

Попасть сюда было непросто.

Сотни и сотни деревьев обступали селение плотным кольцом. Если смотреть на них с очень близкого расстояния, казалось, что это не деревья и не заросли вовсе, а гротескные наплывы из сплошной коры, стволов, крон, ветвей.

Чтобы спилить их, понадобилась бы какая-нибудь особенная пила, с бесконечно твердыми зубьями. Оставалось разве что найти дорогу к фабрике, где делали такие пилы.

Впрочем, и в этих зарослях были неширокие промежутки. У меня за спиной остался тот, по которому я пришел. Впереди за домами я разглядел еще по меньшей мере два прохода. Туда я намеревался пойти, когда наступит время себя удивить.