Ловушка

Ловушка

Георгий Лопатин

Автор погружает читателя в далёкие годы Великой Отечественной войны, заставляет замирать и сжиматься в комок вместе с солдатами, которые запёкшимися губами произносят слова, будоражащие нашу душу, далёких потомков. Эпизоды, описанные в книге, основаны на реальных событиях.

Ловушка

Георгий Лопатин

© Георгий Лопатин, 2021

ISBN 978-5-0055-8527-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ЛОВУШКА

«Нынче мало Родину любить,

Надо, чтоб она тебя любила!

Ну, а это надо заслужить!»

(из песни «Откровенный разговор»

А.

Вертинского на слова С. Смирнова)

Их было двое в окопе – две скрюченные фигуры в побуревших от пота и грязи гимнастерках. У обоих запекшиеся губы, заросшие щетиной лица, злые настороженные глаза. С первого взгляда только и разницы между ними, что один сидел неподвижно, уткнув подбородок в поднятые колени, а другой ворочался, не находя себе места. Возле их ног валялись два автомата, фляжка без крышки и закопченный котелок, раздавленный с боков.

На бруствере лежала немецкая саперная лопатка с короткой рукояткой (вот-вот упадет вертлявому на голову). Согнутые спины немилосердно жгло солнце. Плавая в расплавленном зноем небе, оно остановилось как раз над ними, и потому в окопе не было и кусочка тени. Да и мало помогла бы им эта тень, так как раскаленный песок, в котором вырыт был окоп, пылал жаром печи. Песок был везде – по всему прибрежью. И в этом песке, кое-как укрепив осыпающиеся

стенки окопов прутьями и досками от патронных ящиков, сидели люди.

Исходя потом, ворочались на дне окопов, как на раскаленных сковородках.

Здесь проходил фронт.

– Ну и жарища, черт бы ее побрал! У тебя нет воды?

Это сказал вертлявый. У него острые скулы, жесткие темные волосы, широкий, облупившийся на солнце нос. Он невысок, но широкоплеч. А в движеньях чувствовалось что-то кошачье, какая-то хищная гибкость. Ожидая ответа, он весь напружинился, словно приготовился к прыжку.

– Какого дьявола молчишь?! У тебя есть вода?

Другой повел на него глазом, разлепил губы:

– Я тебе уже говорил – нет.

У этого голос густой и низкий. Он рус, голубоглаз и кажется увальнем. Им обоим лет по двадцать, хотя, заросшие и измученные, они выглядели старше. Особенно скуластый. Глаза его провалились глубже, а надтреснутый голос срывался на крик.

– Подумаешь, говорил! А ты скажи еще раз.

Заметив лопату, вертлявый схватил ее и с силой швырнул в угол окопа.