Чужая курица. Избранная проза

Прощай, моя первая любовь, закрытая в свинцовой дыре! Дорога к твоей двери навсегда для меня размыта. Мне и так не до любви, а тут еще ставят такого грозного привратника.

Спрятала пистолет в сумочку и сказала:

– Давай сделаем так. Я перекину твои фотки в свой мобильник и поеду с ними. Проясню всё. Если что не так, они от меня не отвертятся.

– Шантажировать будешь?

– А что мне остаётся делать? Для них миллион ничего не значит, а для меня – спасение.

– Миллион? У тебя крыша поехала.

– Не поехала.

Если тут криминал, они дёшево отделаются. Тебе предлагаю тридцать процентов.

– Ни в коем случае. Мне на чужие деньги плевать. Я удалю эти снимки, чтоб они тебя не соблазняли.

– Не спеши. Не хочешь рисковать – не надо. Но ты сам когда-то говорил, что моё имя для тебя не пустой звук. Вспомни, как увивался за мной. Во имя этого прошлого я и говорю: отдай их мне, потому что я лечу в пропасть и готова ухватиться за соломинку.

– Пойми, снимки могут перевернуть твою жизнь вверх тормашками.

Ты станешь преступницей, уподобишься последним отморозкам. Что меня заставило ночью фотографировать? Там была девушка, похожая на тебя.

– У меня в её возрасте коса пятки скрывала.

– Но все-таки. А еще я хотел проверить в ночное время камеру телефона.

– Эта проверка дала клёвый результат. Все видны, как на ладони, за исключением, пожалуй, тех, что торчат возле джипов. Свет их не тревожил, а они, согласись, не заслуживают спокойной жизни, купаясь в роскоши. У многих порой куска хлеба нет.

– Ну, делай, как знаешь, а меня уволь: мне кажется, зло съедает своих поклонников с потрохами. Они и так получат своё.

Сбросив через блютуз снимки в свой мобильник, она удалила их из моего.

– Зачем ты это сделала?

– Скоро поймешь и будешь меня благодарить.

Я предложил гостье выбор: оставшиеся до рассвета часы проспать внизу или лезть наверх.

– А в чем разница?

– Крыша прозрачная, лучше прогревается, там ночью теплее.

Она полезла наверх, прихватив свою сумочку.

Я уверен, что ей пришлось раздеться там донага.

Уже улегшись на мой матрац, она спросила:

– Ты яблочный сок водой разбавлял?

Чтоб она успокоилась и уснула, я ответил сквозь дрему:

– Не водой, а березовым соком.

И мы, должно, одновременно уснули, оставив позади все волнения суматошного дня.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Утром я понял, что мне предстоит провести на даче еще не один хлопотный, а может, и опасный час. Она не переменила вчерашнего решения.