Исповедь вернувшегося. По ту сторону

– Это церковь – ответил мне мужчина – и требует ремонта.

Меня обрадовало это.

– Давайте я и буду ремонтировать, освободятся люди, помогут. Я и спать здесь буду, чтобы не беспокоить никого.

– Хорошо, – сразу согласился мой провожатый, – оставайся, я распоряжусь, подвезут материал и начнёшь. Если что надо будет, делай с вечера заявку, подвезём всё, что закажешь.

И он ушёл, оставив одного у церкви.

Я понимал, что нахожусь в Германии, только понять не мог – почему Германия, ведь жил то я в России? Понимая, что нахожусь в коме в Невьянске, а не в Германии, понимал и то, что не было никакого языкового барьера, я всё прекрасно понимал и говорил, будто всегда здесь жил.

Осмотрелся, понял, что это не современная Германия, а более далёкий период её жизни.

– Почему я здесь? – задал вопрос в пространство.

Тишина вокруг, голос мне не отвечал, но я ждал, и пауза уже изрядно затянулась…

– Ты никогда не задавал себе вопрос, почему ты в армию сюда попал служить, ведь не было никаких к этому предпосылок? – кто-то сзади мне ответил.

Я вздрогнул от неожиданности, быстро повернулся, увидел провожатого, но разглядеть опять не смог, он стоял немного боком и капюшоном всё так же был закрыт.

– Нет, не задавал. В армии не спрашивают, куда послали…

– Да, послали, но ты был в учебке, а попал в Германию, стал поваром… – помолчал немного, – важно было тебе сюда попасть, а не факт армии, куда пошлют.

Я всё равно ничего не понимал.

– Не понимаю я.

– Хорошо, раз не понимаешь, просто обозначу, а там подумай. Когда-то давно ты был здесь и есть у тебя незаконченные дела…

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Вдруг всё исчезло. Темно и ничего вокруг, только далёкий стук раздавался будто из глубин земли. Стук был не громким, но каждый удар отстукивал в сердце болью. Я падал, опять падал, и было не понять, куда? Не в первый раз испытывал падение, но всё равно никак не мог привыкнуть. Это было не падение в пространстве, это было падение пространства, частью которого являлся сам.

Падение всё ускорялось, до тех пор, пока не закружилась голова, будто я сижу на центрифуге и вращаюсь в неизвестности и пустоте, я потерял сознание, вернее, будто провалился в сон. Мысль последняя в сознании мелькнула: – Ведь в коме я, куда же могу падать?

Очнулся на железной кровати в закрытом помещении. Где-то высоко, под самым потолком свет тусклый и холодный проникал в небольшое окно.