Саги зала щитов. Кюна волчица. Книга первая

Зима, хоть и теряющая хватку, сумела всё же в очередной раз порадовать своим неугомонным злым нравом, и уже ближе к полудню погожий денёк обратился в сущий кошмар, навеянный сильной метелью с сырым снегом, начисто лишив отряд способности перемещаться. Но это была лишь первая спица, вставленная пряхой Верданди, второй оказалась бурая шкура шатуна, что порвал одного из разведчиков.

Охотник, умчавшийся далеко вперёд волею Сольвейг, дабы разведать дорогу, даже и не заметил из-за бьющего в глаза снега с порывистым ветром, как на его пути оказался истощавший и объятый бешенством медведь, неведомо кем пробуждённый от спячки, моментом заломавший растерявшегося охотника.

Зверя подняли на копья подоспевшие на крик лествертцы, но парню это уже не помогло, бурый почти в труху переломал тому рёбра с плечами, да сорвал кожу с большей части головы и лица.

– Дальше сегодня не пойдем, ищите место для лагеря. – перекрикивая бурю, повелела своему отряду Сольвейг, вкладывая в руку охотника оброненное в самом начале неравной схватки копьё и делая остальное потребное, дабы не тянуть его мук.

Позже в своей палатке, поставленной в одном из ущелий, выбранных отрядом, под тусклым светом небольшого костра вслушиваясь в бешеный рёв метели, негодовавшей снаружи, она тщательно вычистит шкуру, дабы положить вместе с воином в небольшом вырытом за ночь кургане. Мясо пополнит их запас, а бурая шуба послужит хорошей накидкой её, Сольвейг, хирдману в чертоге Одина.

Зима ярилась пораженческим гневом до самого утра, до первых лучей солнца.

А насилу выбравшиеся из занесённых снегом палаток люди, щуря глаза от слепившего под лаской ока богов белоснежного покрывала, собрались у тяжким трудом вырытой полости средь скал.

Кровавая кройщица, обагрив своей же кровью оружие разведчика под одобрительные кивки лёствёртских хирдманов и дев щита, накрыла павшего шкурой медведя, поверх которой, шепча напутствие, положила первый валун. Справив свою заботу вождя, Хортдоттир, уступив место прочим, молча со стороны наблюдала, как над могилой силами фьордфьёлькцев быстро возникает камениста насыпь.

Её поход ещё толком не успел начаться, а уже первые потери, чем интересно прогневила Асов. Требы ведь знатные принесла на славище, боги охотно приняли кровь девяти бычков. Или случайность? Нет, не случайность, её промах, надобно было при первых дуновениях зарождающейся непогодицы вставать лагерем, а она, не послушав совета охотников, решила урвать ещё пару лиг.