Сны

Сны

Платон Пугавьёв

Главный герой спустя много лет приезжает на дачу своих родителей, где начинает вспоминать и пытаться переосмыслить жизнь. Психологическая драма о семье, подростковой любви и философии.

Платон Пугавьёв

Сны

Старый дом, покрытый одуванчиковой краской. Рядом с ним расположен сад, вс? обилие листьев которого ныне лежит на земле, тихо поглаживаемое рукой холодного ветра.

Скопление деревьев без одежды напоминает мне кладбище. Они лишаются жизней и совсем по – людски замолкают, будто вчера вон с той яблоней можно было поговорить, а сегодня е? будто нет.

Жаль, что дерево, в отличие от человека, теряет голос на время. Весной оно снова будет смеяться, жаловаться, когда по трескучему радио кто – то объявит о жутком циклоне. Человек же умр?т навсегда. Помню, как в 10 лет стоял у гроба своего почившего деда. Его тело было бледным и пустым, похожим на речную дымку. Тянулся голодный траур. Мир так богат на потери, кажется, можно за день съестных столько света, сколько хватит на остаток жизни, но он снова и снова возвращается с оскаленной пастью. Бабушка плакала. Я смотрел на дымку, находя в ней некий объект культуры. Мне впервые довелось созерцать м?ртвого не на экране телевизора, он буквально лежал передо мной. Его странность с небывалой силой тянула к себе, безвозвратно призывала, ещё мгновение, и пальцы оказались бы на его щеке, выписывали абстракные, непостижимые ординарному разуму фигуры, но погружение тела в землю резко оборвало связь с моим идолом. Не могу сказать, что был расстроен, скорее неудовлетвор?н незаконченным. Подобно паразиту образ покойника ещё долго не покидал меня, местами становясь абсолютным, уничтожая полноценное восприятие реальности. Скованный с сущностью воедино, я вожделел вернуться, чтобы вплоть до гибели смотреть, смотреть, смотреть. Годами он постепенно слабел и впоследствии утонул в бездне, мастерски созданной богами новых впечатлений, оставив после себя маленькие клочки былого величия.

Большинство присутствующих я не знал и в их окружении чувствовал себя подавленно, как пришелец с другой планеты, вынужденный опасаться каждого чужеродного действия.

Я стремился быть ближе к родителям, бабушке и братьям, которым доверял, хотя некоторых из них встретил впервые. Один брат подвергся презрению с моей стороны из – за излишней нежности, обитавшей в его бытие. Вместе мы сидели в машине, и я всячески старался задеть его, заставить чувствовать себя недостойным нашей с другим братом компании.