Птичий язык. Стиходелии 2002–2019

Садист – по матери, душит мазохиста на кровати и хлещет плёткой попавшегося под руку кота.

Были, потели, икали, шарахались от собственного маразма.

Потусовались, выпили, покурили анаши, осталась – молью траченная протоплазма.

Остались строки, нечленораздельные звуки, старые брюки, челюсти в стаканах.

И теперь нас по очереди трахают рогатокрылые ангелы в чёрных гетрах и розовых сарафанах…

Любовь и Ангелы. Часть II

Чёрная синь, жёлтая сыпь, кожа пергаментная.

Небо – бесконечно, как его высочество одиночество без имени-отчества.

Геометрия – перманенто-тюремная; музыка – соответственно – камерная.

Седой старик в углу, сидя в луже мочи, бормочет пророчества.

Дали по морде в Латинском квартале, огрёбши, уносишь домой ноги.

Старая шлюха в моей пропитавшейся потом постели ломает комедию недотроги.

Вселенский клитор заплакал звёздами, главы держав обменялись коммюнике и пёздами.

Евнух любуется страусиными яйцами, словно кукушка – гнёздами.

Чистая блажь, грязные трусы в чемодане коммивояжёра.

Сопливый мальчишка пытается разбудить мёртвое либидо дядь Жоры: дядь Жора, а, дядь Жора, ну, дядь Жора!

Хрен не слаще редьки, горек яд, струящийся в глотки голых голодных наяд.

Ну, а то, что мне сегодня светит оттрахать в задницу ангела, это навряд.

Кубатура яйца

Институтка обвивает ногами цилиндрический субстратум,

Падающий на постель сквозь окошко в наклонно-покатом потолке.

Цифровые карты галактик перекочёвывают на её белую кожу.

Поп Вергилий Васильевич Вермишелин в своём приходе слывёт кастратом.

Вселенская ядерная затворница вешается на кушаке

В то время как кавалергарды расписывают фломастерами прихожую.

Бич Божий, предводитель гуннов, вытоптал траву в одной четверти поля зрения Вишну.

Кок колол колом колокол, Винт выл волком.

Картина «Кубатура яйца» требовала отточенности деталей и зримой конкретики.

Шарлемань кажет пружинистый кукиш в стиле «лампочка Ильича, заарканившего на обещание светлого будущего Ильиничну».

В ответ ворогу Светлейшая именует пестуемый ею помёт Святополком,

Выдаивая архитектоническую мощь из переизданного учебника арифметики.

Д-р Корг вывел имя трактата как «Проблематика современной умалишённости в трёх фазах».

Судмедэксперт долго поил илом Нила г-на Корнелиуса Клотильдина.