О прожитом с иронией. Часть вторая

В органы тебя не возьмут, староват, хотя если по мне, рад бы видеть тебя в сотрудниках, человек ты обязательный, хороший, непьющий…

Сказав «непьющий», Сергей Петрович ухмыльнулся.

– А что, точно. Но работать ты будешь на мясокомбинате, инженером по научной организации труда. Работа, как говорят, не бей лежачего, при мясе, котлетах и прочем… Что нахмурился. Я уже с директором договорился. Через четыре дня, в понедельник и выходи. Что-то не нравится?

Иван опустил голову. А Ломакин опять за своё:

– Ты и нам мясо будешь приносить, директор не возражает, а мы ему поможем, если надо – защитим.

По реакции Ивана Сергей Петрович понял: надо человеку дать время подумать.

– Ладно, Егорыч, об этом позднее поговорим. А сейчас просьба к тебе. Очень серьёзная просьба. Надо органам помочь.

Коломиец встрепенулся.

Ломакин улыбнулся:

– Вот и молодец, ожил. Слушай сюда. Вчера взяли мы одного человечка, серьёзный мужчина. Грешков за ним много, но самое главное, он воровской общак унёс, деньги, ценности и прочее, суммы бешеные.

За этот общак за ним и воры охотятся. Так что между двух огней мужик. И вот что мы решили. Подсадить к нему своего человека, может, что и расскажет. Пока он один в камере. А вот кого подсадным сделать, непонятно. Своих опасно, расколет в момент, человек опытный; заказать специалиста в других отделах-это время, а сам понимаешь, время-те же деньги. Вот я и подумал, а если ты посидишь с ним пару деньков? А что, человек ты посторонний, придумывать биографию не надо, ты Иваном и останешься, а по мелочам переговорим, главное-твоё согласие на операцию.

Услышав слово «операция», Иван кивнул сразу:

– Готов, Сергей Петрович, спасибо за доверие.

Ломакин с подозрением посмотрел на Коломийца:

– И что, вот так сразу и готов? Ну-ка встань.

Он обошёл Ивана, подёргал за рукава пиджака.

– Не годится. Не готов ты.

Коломиец возмутился:

– Что значит «не готов»? Я готов, ты только подскажи что и как, а уж фантазии у меня хватит.

Сергей Петрович махнул рукой:

– Ладно, будь что будет.

На себя беру. Пока там начальство согласует…

Он вновь подошёл к Ивану, с силой рванул рукав пиджака, оторвав его. Отошёл в сторонку. Зашёл к Ивану с тыла, взяв за полы пиджака, разорвал чуть ли не до плеч. Отошёл на полметра.

– Надо бы лицо подправить.

Пока Ваня размышлял, как это в милиции лица подправляют, Ломакин, крякнув, с силой ударил Коломийца кулаком в скулу. Тот лишь ойкнул и схватился за щеку.