О прожитом с иронией. Часть вторая

Как я тебе завидую, я…

Сергей Петрович насторожился. А кому он тут плакался, что жена ушла, детей нет и прочее? Но увидев блаженное лицо Ивана, понял: не слушал его Коломиец.

Ну и ладно, может, оно и к лучшему.

К полуночи Иван окосел окончательно, и с этим надо было что-то делать. Такси вызвать не получилось, тогда Ломакин, пользуясь служебным положением, вызвал оперативную машину и отвёз Коломийца домой.

На том дружеская вечеринка завершилась.

Проснулся Коломиец в час дня. Лежал он в маминой кровати и опять в обуви.

Голова раскалывалась. Попытался было встать, но правая рука оказалась намертво прикована к постели. Он открыл глаза и увидел рядом расплывшуюся физиономию Алиски. Соседка своим большим и горячим телом лежала на его руке.

О боже! Что это?

Руку наконец удалось вытащить. Алиска проснулась.

– Иван Егорович? Доброе утро!

Иван свалился с кровати.

– Алиса Сергеевна, ты что делаешь в моей комнате?

Та, нимало не смутившись, села на кровати.

– Что? Это у вас, милок, надо спросить. Вчера ночью зашла поболтать, а вы меня в охапку да в кровать и давай лапать, я и прилегла.

Иван обхватил голову руками.

– О боже…

На этом трудности гуляки не закончились, его рвало, нестерпимо болела голова, руки тряслись. Лишь к вечеру ожил, помогли полстакана водки, что поднесла Алиска, доброй души человек, и горячий душ.

Так завершился третий день его холостяцкой жизни.

На четвёртый он уже в половине девятого сидел у кабинета Ломакина.

Сергей Петрович пришёл к десяти, был зол и резок. И Иван попал под раздачу.

– Ты где вчера болтался? Заболел, так позвони, я тебя обыскался.

Ивану Егоровичу вновь захотелось поднять руки, мол, больше так не буду.

Крут, однако, Ломакин.

Вместе с тем где-то в глубине Ивановой души шевельнулась мыслишка: он что, в штате милиции состоит, зарплату получает? Он здесь никто и звать его никак. Сам подрядился помочь.

Эта, пожалуй, не слишком трезвая мыслишка заставила Ивана Егорыча густо покраснеть.

Ломакин тут же среагировал:

– То-то же! Давай заходи, поговорить надо.

Коломиец вслед за майором зашёл в кабинет и сел у стола.

Ломакин закрыл дверь на ключ, плюхнулся в кресло. Сделал парочку кругов на своём кресле-вертушке и, притормозив, уже с серьёзным видом посмотрел на Ивана:

– Егорыч, а я тебе вчера работу нашёл.

Увидев, как Коломиец встрепенулся, поднял руки:

– Не спеши.