Декер. Книга вторая. Фронтир скорби

Но повинуясь удаленной команде декера, воплощение страшной смерти поднялось и беззвучно засеменило на тонких лапах, модифицированных ступнями для снегов, усевшись с другого бока, галантно уступая место.

– Ты бы в следующий раз поосторожничала, Найра, еще пара дюймов – и тебя бы распылило! – скупо улыбнулся он, оборачиваясь обратно, вожделенно взирая на белёсую бесконечность, хладную пустыню, по коей, будто играясь, гуляли легкие шлейфы порождения слабых ветров.

«О как!» – подняла бровь пилот, отчего светодиодный рисунок татуировки вспыхнул, подчерчивая узорами все черты лица.

«А хотя, он ведь декер! Что ему все протоколы шифрования связи! Небось уже давно заханырил где деку, синхронизированную с системами связи авиационного ангара! Вон перехватил контроль над шавкой, переписав исходные протоколы».

– Ну, каюсь, люблю бежать по самой кромке! – облокотилась она подле него на перила. Больше вглядываясь в лицо оппонента, чем обозревая скорбный монотонный пейзаж с высот громады дредноута.

Мельком глянув на руки юноши, одну в твердотельных пластов перчатке, другую – аугментированную, мелкой сложной моторики пальцев, от запястья скрывающуюся в рукаве робы искусственными нано-углеродными трубками мышц под частыми защитными кожухами. Военный киберимплант, навороченный даже обратной тактильной связью, обычно на такие слюни пускали что потрошители, что мусорщики во всем оплоте.

Повисло молчание, полуэльф, чуть сощурив глаз, пристально вглядывался в определенное место.

Заинтригованная девушка тоже оторвалась от созерцания его лица, а спустя пару секунд чертыхнулась сквозь зубы. По белому покрывалу сугробов, едва не увязая в снегах, к мобильной крепости направлялись с полсотни фигурок, крохотных с их точки обзора.

– И здесь объявились, и что им посреди пустоши в семистах милях от руин делать?

– Нерад, – сказал полуэльф декер.

– В смысле? – не въехала Найра.

– Мегаполис назывался Нерад, в минувшие эпохи – торговый узел, часть северной коалиции, – пояснил он, заставив брови пилота и вовсе скукожить лоб.

Скрежет под их ногами метрах в двадцати ознаменовал, что вспомогательные орудийные системы, покинув полости в глубинах корпуса, активировались. Размеренным грохотом заложило уши, хотя огонь открыла всего одна пятая орудийной батареи с левого борта, восемнадцать тяжелых орудий пятидесяти миллиметров, спаянные по четыре ствола, в пару секунд разметали гибельных на атомы.