Декер. Книга вторая. Фронтир скорби

Гвардейцы в последних моделях силовой брони, напрочь закованные в тугоплавких слоях адамантия, грохотали поступью в полтонны весом, приводимым в движение серво и гидравлическими системами. В руках громад рычали миниганы и ярились нагнетаемой энергией орудия двух полозьев – параллельных электродов, заменивших стволы. Из-за могучих горбатых спин понимались роботизированные складные манипуляторы с независимыми автоматическими огневыми системами.

Стражи в неполные полторы минуты начисто смели остатки фанатиков, а четверка многострадальных уцелевших умертвий на бранном поле меж пустующих постаментов, дико переглянувшись, подняла над головой оружие, замерев перед неизвестностью.

Но только не Остара, та, расшвыривая яростно тела, стала вырывать из-под кургана плоти и хрома уцелевших собратьев-умертвий. Приметив, сколь мало они интересуют стражей, проносящихся мимо, остальные бросились ей на помощь.

Дрон, прижавший огнем полуорка сквозным пробитием, искорежившим корпус, завертелся в неуправляемом полете и взмыл вверх, дабы разорваться под сводом.

Углядев вступление в бой новой силы, Ресария прозорливо попыталась сделать все свои уцелевшие ноги, но защитники идейной главы секты, коих буквально распылило попаданием одной из рельс, боле не затворяли дорогу Гархару, взвившемуся над ней в высоком прыжке, занеся над головой и секиру и молот. Оба страшных орудия синхронно обрушились на паучиху, промедлившую растерянностью с активацией стазисного щита. Секира, разрезая и паля плоть, вклинилась между шеей и плечом, дойдя до основания платформы, к коей были прирощены многосуставные конечности, а било молота, по чьим шипам перьями бегали молниевидные разряды, разнесло в ошметки голову.

Дергая уцелевшими конечностями, чьи моторные контроллеры получали остаточные сигналы, Ресария осела, а орк, вошедший в раж, вдарил ещё с пару десятков разков для верности, обратив в кашу все полоцкое тело эльфийки.

– Может, хватит, сержант! – вернул его к действительности до боли знакомый голос.

– Тут ведь не переусердствуешь, майор! – оскалился устланный кровью полуорк, стоящий на поверженной предводительнице самой отвратной группировки за всю историю оплота Серарсеваль.

Гархар, убрав бесполезное теперь оружие, подмигнул изготовившейся к новому бою Сильраире, после обернулся, дабы узреть, как страж, стоящий меж двух громад, ведущих по сторонам рельсовыми пушками, разомкнул тактический шлем, подняв силой мысли лицевой элемент.