Декер. Книга вторая. Фронтир скорби

Позади донеслись распоряжения о закладке термитных зарядов и окрик, заставивший обернуться. – Сержант, я бы на твоем месте не засиживался в оплоте! Рано или поздно даже моя протекция не в силах будет вас оградить.

– Мы над эти работаем! – сплюнул Гархар, и слюна паскудно повисла на кибернетической челюсти. Но эта оплошность скрылась от его внимания, бойцы аккурат подняли на ноги единственного друга полуорка декера и покоцанную Бритву, по виду которой полуорк горестно сообразил – «Опять всю стоимость ремонта со зверской надбавкой с меня стерва выжмет!»

Стражи шарахнулись по сторонам, едва дикого вида полуорк с огромной киберконечностью, скорее промышленным манипулятором, разразился громоподобным хохотом да воротился, жизнерадостно шлепая бронированными ботинками по телам культистов, доставая интерактивное стеклышко наладонника, упрятавшего в небольшой пластиковой кайме процессор, динамик и прочие комплектующие.

– Я это так, на память! – бросил лидер умертвий полковнику, фоткая груду металла и мяса, в прошлом своём Ресарию.

 – Есть одна знакомая, что отвалит за них круглую сумму!

Он, гордо подняв голову, шёл к своим бойцам, к жалкой горстке уцелевших умертвий, всем своим видом и диким хохотом выказывая пред гвардейцами превосходство и несгибаемую волю. И только мертвые боги ведали, какой кровью исходило нутро несгибаемого орка. Как самозабвенно глодала совесть душу за оставленных здесь бойцов.

«Сколько ещё я буду вести тех, кто верит в меня, на убой! Когда наконец прервётся нескончаемый цикл этой бойни, самого естества вроде бы разумных рас!»

А вот у Сеерина, коего с потрошительницей не без труда выудили из-под мертвецов, еще с десять минут назад решившего, что всё, это конец, появилась новая головная боль. Его слова услышала далеко не одна Лелианна! И красноречивое гробовое молчание искина в голове было тому вопиющим свидетельством.

10.01. 2543. От падения.

Сектор 185. Квадрат 8. Маршрут следования дредноута "Искариер", мобильной крепости класса добытчик.

– Эй, Ушастый! – Найра, в противовес даже не дернувшемуся Сеерину, обернулась, прищуром окинув взором еще одного члена экипажа, выбравшегося на трескучий мороз и немилостивые ветра наружней палубы.

Шагах в десяти от них, уперев руки в бока, стояла та самая бешеная новенькая, почитай киборг.