Гранд Сплав, или История Троянского похода по реке Колорадо

Если у меня и были сомнения: а вдруг это другие русские (мало ли тут русских!), – то их остатки испарились, стоило мне подойти поближе. Это были наши. Они облепили стол так, что я не видел ни колеса рулетки, ни лиц. Лабр и Зобар вовсю спорили с крупье, при этом я слышал их наезды – но не ответы дилера. У каждого из ребят было по стакану, на дне которого плескалась жидкость цвета тёмного дерева. Судя по раскрасневшимся лицам и искрящимся глазам, это была не первая порция. Мне надо было спасать банкомёта.

– Он прекрасен! – шепнула мне в ухо Троя.

Она опять подошла со стороны. Следом прибежал официант, неся её бокал с пригубленным коктейлем неонового цвета.

– Он?! – Я перевёл взгляд с удаляющегося официанта на спины игроков, пытаясь догадаться, о ком она говорит.

– Азарт! Они уже третий час пытаются поймать удачу.

– Но у нас же шоу через час, – обречённо заметил я.

– Давай сделаем ставки, сколько из наших доберётся туда? – У неё опять лукаво сощурились глаза.

 – Где, как не в Лас-Вегасе, держать пари?!

Ещё с того момента, как я увидел её глаза в аэропорту Домодедово, у меня подскочили все медицинские показатели, начиная от учащённого сердцебиения и заканчивая урчанием в животе. Поэты и писатели описывают, как от героинь исходят лучи энергии и всё такое. А Троя, наоборот, притягивала к себе свет и тепло и всё, что мог излучать влюблённый или даже просто заворожённый мужчина. За день с небольшим дороги и за время сегодняшнего завтрака я уже не раз подмечал: где бы она ни остановилась и куда бы ни шла, её окружали и сопровождали мужчины, причём необязательно, чтобы из нашей группы.

Вот и сейчас она подошла ко мне, заключила пари и вернулась к стойке, где ждали продолжения беседы с ней двое неизвестных мне посетителей бара.

Я был зол на неё. Ни с того ни с сего – глухой злостью. Да нет, я знаю, в чём был причина. Меня вывело из себя то, что она подошла ко мне, интимно прошептала интригующее «он прекрасен», обдав облачным ароматом своих духов, а потом ушла к каким-то неясным типам.

Где она их только подцепила? И ведь не отбрила же, а кокетничала.

Я поднимался на лифте в номер и пытался самого себя уговорить не влюбляться в неё. Да ну её к чёрту! Ведь ей, как и им всем, минимум лет сорок-пятьдесят. И в талии она раздалась, а мне всегда нравились худенькие и стройные, как в книжках.