Наслаждение

 – Иначе мне придется подавать на развод, так и не став женщиной.

Заявление ее выглядело для меня лишенным смысла и, скорее, унижающим ее мужа, но я предпочел оставить его без замечаний со своей стороны.

– Тогда вы должны будете сделать все, что я сочту нужным. Позволение от вашего мужа мной уже получено.

Покорно кивнув и едва не рыдая, она на мгновение закрыла глаза, сделала глоток вина, позвонила в стоявший на столе стальной колокольчик, подзывая слугу. Тот отыскал хозяина, обрадовавшегося, узнав о согласии девушки и немедленно отправившегося производить все указанные мной приготовления.

Окна в маленькой спальне скрыли темно-зеленые шторы. Девушка лежала на кровати, обнаженная, с широко раскинутыми руками и ногами. Кивнув ей и попытавшись успокоить ее улыбкой, я последовал в ванную, где умылся и вымыл руки, а по возвращении снял пиджак и жилет, почувствовав себя слишком легким и уязвимым под шелковой синей сорочкой. Туфли мои остались лежать возле изножья. Сминая серые брюки и признавая их испорченными, я забрался коленями на кровать, приподнял за щиколотку правую ногу девушки, пробираясь к пространству между ее бедрами.

С каждым мгновением страх нарастал в ней. Глаза ее широко раскрылись, брови изогнулись, губы разомкнулись и шевелились, готовясь произнести слова запрета и отказа. Следовало поторопиться и я, подхватив ее ноги под коленями, поднял ее бедра и притянул к себе девичье тело, прижимая свой рот к губкам ее влагалища.

– Доктор! Что вы делаете?! – она дернулась, попыталась вырваться, натягивая белые простые веревки, притянувшие ее руки к столбцам изголовья.

Язык мой ткнулся в ее губки, раздвинул их, пробрался между ними.

– Что?! – и она замолчала, прислушиваясь к своим ощущениям, часто дыша, успокоив дергавшиеся до того, пытавшиеся высвободиться ноги. Как и во всем другом, имеющем отношение к женщинам, следовало действовать со знанием и упорством. Движения моего языка сохраняли в себе ритм, плавно меняя его, ускоряясь или замедляясь с неторопливой мягкостью.

Кружась, выписывая спирали и зигзаги, поднимаясь и опускаясь, пробираясь вглубь до самой плевы, пару раз толкнувшись в нее, он странствовал по девичьим глубинами, начинавшим заполняться смазкой. Не следует верить тем, кто говорит, будто бы у влагалища девственниц другой вкус. Подобные заявления не могут быть ничем, кроме поэтического бреда или стремления выглядеть особенно и чрезмерно порочным.