Новенький. Куда пропал и кто в этом виноват

Галина Ивановна взяла психолога под руку и потащила его в другую сторону, зловеще нашептывая:

– Это переходит всякие границы! У нас ЧП – пропал ребенок! Мать в истерике! Сейчас начнется: комиссии, проверки, нервотрепка… А вы!

– Что я? – переспросил Кирилл таким тоном, как будто сам был провинившимся школьником.

– Вы ведете себя безответственно! Берите девочку и начинайте… Что там у вас? Расспрашивайте, выясняйте! И так с каждым из класса, по очереди! Мы должны реагировать.

– Но почему я?

– Потому что вы – школьный психолог! Вы тут с начала учебного года, пора, наконец, начать работать.

– Я работаю, Галина Ивановна. У меня анкетирование, планы, отчеты…

– Ваше анкетирование нужно только для вашей диссертации! Или вы пришли в школу, чтоб материал для нее собирать? Все, идите!

Кирилл не без досады вздохнул, развернулся, кивнул Соне, чтобы та последовала за ним и направился в сторону своего кабинета.

Кабинет психолога выглядел также казенно и скучно, как все школьные кабинеты психологов на территории постсоветского пространства.

На стенах висели дежурные плакаты с улыбающимися ромашками, малышами с испачканными краской ладошками, мультяшными буковками «Выход есть всегда» и номерами телефонов доверия.

– Проходи, располагайся… – пригласил Кирилл Алексеевич Соню, указав жестом на зеленоватый диван под окном. Соня вольготно плюхнулась на предложенное место с ногами, подняв облачко пыли. Кирилл сел напротив за свой рабочий стол, на котором аккуратными стопками лежали канцелярские папочки разного цвета и серьезная научная литература.

– Ну, давай, рассказывай. Что там у вас произошло? На поляне, – спросил психолог, уставившись на Соню.

– На какой поляне? – безмятежно проворковала школьница.

– Ты не прикидывайся давай! Почему на тебя мать Плетнёва накинулась?

– Это вы у нее и спросите.

– Спрошу. А пока спрашиваю у тебя: за что?

– Просто она меня не любит, – нехотя произнесла Соня и уставилась в окно. – С самого начала…

В памяти Сони всплыл первый раз, когда они с лучшей подружкой Леркой Сотниковой увидели Плетнёва.

Дело было перед началом учебного года. Девочки заскочили в школу, чтобы переписать себе расписание уроков. У доски объявлений в школьном холле стоял незнакомый парень, с ног до головы одетый в чёрное, несмотря на августовскую жару. Лера сразу про себя отметила, что шмотки брендовые и довольно дорогие. Во всяком случае, точно не палёный Китай.

– Привет, – довольно сухо поздоровался Макс.