Когда тебя любят

И хочу пригласить его на наш спектакль, – Вико говорил, не сводя взгляда с окон дома. И на его лице застыла лёгкая улыбка сожаления о чём-то. Но, о чём, разгадать тогда Мира не могла и серьёзно рассматривала балкон над самой верхней веткой сирени.

– В этом доме живут художники, музыканты, артисты.

– А твой папа…

– Он скрипач. Он хороший скрипач. Он талантливый музыкант. Я тебе о нём говорил.

– Да, конечно, я помню. Это я машинально спросила. А твоя бабушка?

– А вот она в молодости пела.

Её даже приглашали в оперу. Но её мама ей запретила. По какой причине, я уж не знаю, но то, что пела она редким сопрано, говорили даже их соседи, когда я бывал здесь ещё ребёнком.

– И ты теперь не хочешь зайти…

– Очень хочу. Но боюсь. Вышла необъяснимо большая пауза после последней нашей с отцом встречи. Меня не надо больше забирать из ясель или детского сада, меня незачем приучать к бабушке – я вырос, а бабушка умерла. И отец, особенно после смерти своей матери, как-то сразу замкнулся и закрылся от меня.

Да и я всю свою юность как будто не нуждался в нём, что ли… А теперь я получаю второе высшее и только и стремлюсь доказать отцу, что я тоже что-то могу. Что я достоин быть его сыном, – Вико тоже всматривался то в сирень, то в окно над сиренью. – Вот поставим спектакль – и я приглашу его на просмотр. Наберусь смелости и позову!

– Ты боишься?

– Не знаю точно. Надо полистать учебники по психологии…

– Всё ты знаешь! Недаром у вас с Женей получилась такая пьеса!

И они пошли дальше по улице, смеясь над последней репликой Вико.

9

Эмоции бушевали во мне. Встали якорем два факта, заставившие меня, как стартер, заведя мотор, бежать опрометью. Первый – отец никогда в жизни не звонил мне днём, думая, что я занят. Он вообще мне никогда не звонил. Звонил всегда я. Второй, и более веский, – я боялся себе никогда не простить, что не успею попрощаться с отцом, если он умрёт.

Просто отец позвонил мне, своему единственному сыну, и о чём-то попросил! Не важно, о чём.

Пусть даже о каком-то пустяке. Но отец попросил срочно с ним связаться. А раз так, должно было произойти что-то совсем непустяковое. Я всю жизнь только и ждал, чтобы он меня о чём-нибудь попросил…

Страх окружил меня и пробирался внутрь, как клещ, к самому сердцу. Ведь я знал, что отец не молод. И болен давно. Болезнь его серьёзна и необратима в своей запущенности. Периодами я забывал об этом.