Алевтина

Нет, это просто австралийские учёные выяснили, что искусственная улыбка может обмануть мозг и сделать тебя радостнее, вот я так себе настроение и повышаю, – выпалила я, сама не поняв, зачем придумала такую отмазку: видимо, озвученный мною факт действительно давно не давал мне покоя, поэтому теперь и выскочил из подсознания.

– Хах, а я вот, балбес, этого не знал – по-другому всегда себе настроение повышал! – сказал Максим Иванович и щёлкнул себя по шее. – Слушай, а ты на почту сегодня пойдёшь?

– Вообще у меня сегодня выходной, поэтому не собиралась.

А что?

– Да я хотел письмо отправить… Но вот боюсь, что не успею сам сходить, в ящик бросить – надо ж всё-таки работу доделать!

Максим Иванович окинул флюгер с дёргающимися палочками чрезвычайно ответственным взглядом, и я поняла, что кроме него эту работу и вправду никто не доделает.

– Хорошо, я отнесу. Всё равно хотела прогуляться: погода сегодня такая чудесная!

Издав мычание, выражающее, по видимости, согласие, Максим Иванович достал из своего поношенного коричневого портфеля большой конверт, весь обклеенный марками, и вручил его мне.

– А что за письмо, если не секрет? – я не смогла сдержать любопытства.

– Да вот племянница, что в соседнем городе живёт, замуж вышла. Написал ей поздравление, аж на два листа! В последний раз я столько строчил, когда начальству на заводе писал объяснительную, куда вся клейкая лента делась.

Зачем-то понимающе кивнув, я убрала конверт во внутренний карман пальто, попрощалась с Максимом Ивановичем и направилась в сторону почты.

Но не успела я выйти со двора, как вдруг услышала знакомое щебетание и остановилась. Это была Фиолетка – её пение я бы не спутала ни с чем другим. Обрадовавшись, я подняла голову и увидела её: маленькая фиолетовая птичка с тёмно-синими головой и грудкой беззаботно порхала надо мной.

Впервые я встретила её, когда мне было лет пять. Однажды во время прогулки меня обидел один мальчик из группы. Вокруг не было никого, к кому я могла бы обратиться за поддержкой, поэтому я просто забилась в угол и стала плакать.

Вдруг рядом послышалось щебетание. Я осторожно повернула голову – в паре метров от меня на траве сидела эта птичка. Я удивлённо уставилась на неё, а она вдруг взлетела и, немного покружив в воздухе, приземлилась прямо мне на плечо. Я замерла, опасаясь её спугнуть – до этого ещё ни одна птица не приближалась ко мне так близко, тем более такая красивая. Почти не дыша, я сидела и слушала, как она поёт мне на ухо.