Под звуки сагатов

Эти ее светлые косы до колен, бесконечно длинные ноги, голубые глаза лани…

– Спокойнее, друг. Девица давно замужем, а у нас только Агеха под боком… – заметив слегка помутневший взгляд Вартаса, я толкнул друга в плечо, на что гигант фыркнул.

– Я о чем? Ту девчонку ты связал и, при первой попытке испортить тебе настроение, кляп в рот сунул. Теперь же, что происходит, Кирчу?

– Поймать Чиванскую ведьму, это как сон рукой схватить. Это как все самые яркие сказки детства, как история перед глазами.

– Ой ли, друг мой. Ты ее, сдается мне, не как историю обнимал.

Вартас поднялся, направившись к бочке с холодной водой, а я остался, задумчиво прислушиваясь к дружеской перебранке ведьмы с девчонкой. Может ли друг быть прав в своем суждении? Мое отношение к ведьме не такое, как я сам представляю?

***

Светлые, с рыжим оттенком волосы Хеты страшно перепутались, цепляясь друг за друга как репей. Сухие, чуть вьющиеся, они выбились из кос и теперь превратились в невообразимое нечто, без конца и начала.

Все усугублялось тем, что среди наших вещей не было ни капли масла, которое могло помочь справиться с этим безобразием. Распустив свои две косы, вооружившись гребнем и жирным кремом от ссадин, я ринулась распутывать гриву. На это занятие ушло почти полчаса из отведенного нам времени.

Смочив небольшую тряпицу смесью из специального флакона, несколькими движениями смыла жирную краску с лица. Кожа немного покраснела и слегка щипала, но ощущение чистоты все перевешивало.

Наскоро умывшись, хорошенько выполоскав волосы, мы принялись за насущные важные дела. К сожалению, возможности сидеть в теплом бассейне и просто отдыхать не было.

Приспустив небольшую простынь, в которую здесь было принято заворачиваться на время «сидения» в воде, повернулась спиной к Хете. Перекинув всю длину своих влажных волос через плечо, предоставила девчонке возможность осмотреть последствия моего единения с духом. Тихонько присвистнув, младшая жрица осторожно коснулась левой лопатки, ребер чуть ниже и пары мест возле самого позвоночника.

Места отозвались слабой ноющей болью, показывая, что защита сработала не в полной мере.

– Как оно там? – теряя терпение, я переступила с ноги на ногу.

– Не очень. Рисунки почти стерлись, хуже, чем спереди. В некоторых местах их и вовсе не осталось, и выступили синяки.

Из груди, сам собой, вырвался печальный вздох. Это сколько же работы теперь делать.