Жиль

Посыл был ясен. В этом крыле нет решеток на окнах. К сообразительности добавилась Агафья своим коронным пинком по двери. Кивок Петра и он махнул табурет об стекло. Звонкая симфония бьющегося стекла и визга наполнили комнату, остановив движения преследователей.

Петр, не давая ни кому опомниться, сиганул вниз.

За всей это картиной наблюдал молодой человек в черном костюме. Он был сутул, с неприятным цветом кожи. У него выпирало брюшко, штанишки были великоваты. Пиджачок поношен или застиран. Молодой человек облокотился на старое БМВ и наблюдал за разворачивающейся картиной.

Смотреть было на, что. Сначала на втором этаже раздался пронзительный визг. После вылетел из окна табурет. Не успел стеклянный дождь осыпаться на асфальт, как в окне появился человек. Сзади него множество рук. Женские уговоры, крики. И громкий голос – прыгай! Он слетел. Нет не глупым способом. Он успел повернуться, зацепиться руками за карниз, уменьшая расстояние до земли и расцепил руки. Все произошло стремительно.

– Плохи дела у этого учреждения, – проговорил друг, наблюдая за картиной.

Фигура упала на газон, встала и сиганула к машине. Только после этого Друг разглядел Петра, что несся со всей скорости к нему. И женщину, что влезла в окно этого заведения.

Глава пятая

В кипарисовой роще стоял шум. Жильцы сонного дома бродили по замкнутому кругу, голос оборвал привычное движение. Все разом остановились, как самый точный швейцарский механизм. Они все стали поворачивать голову на Агафью, что сорвав голос, жестикулировала рукой, стараясь раздавить воздухе небольшую фигуру.

Человек, что лихо спрыгнул из окна бежал со всей скорости к машине. Водитель был готов, он тут же сел в машину и схватился за руль.

– Хватайте его, что вы все уставились! – Кричала Агафья, показывая руками на Петра.

Толпа смотрела на нее с непониманием. Эти сонные люди забыли привычные движения, они могли только ходить, спать и есть. Ни на что большее они не годились. От них требовали протянуть руки, но для них это невыполнимая задача.

Они стали смешиваться и расходиться в разные стороны, как кучка испуганных майских жуков, выпущенных на траву.

Персонал кинулся к нему на встречу, размахивая руками.

– Бегом поехали! – прокричал Петр и влетел на пассажирское сидение.

– Мы их не подбросим?

– Очень смешно, поехали!

Машина проворно выскочила на трассу. Они заехали на улицу и растворились между домов и сотнями машин.

– Даже ничего не спрашивай.