Сборник рассказов. Жил-был я

Зато есть штрафные санкции за невыполнение договора – пятьдесят процентов от суммы займа. Заметьте, но о них пока не говорим. Заимодатель считает, что сын ваш первую часть договора выполнил – товар купил – мы ведь отслеживаем сделку, пробивали по немецким каналам каждый автомобиль. Поэтому обратите внимание на гуманность – вопрос о штрафных санкциях пока не поднимаем. Но товар, то им не получен! Нет товара, нет денег – ну, о каких предложениях вы еще говорите?

Евгений Петрович подавлено молчал. Ведь этот монолог он произносил себе и сам.

Ночью в воспаленном мозгу.

– Ну, а убивать зачем? – наконец выдавил он из себя главную в этом разговоре фразу, – Денег то от этого вы все равно не получите.

И тут юрист явно не по-дружески, изумлению его, казалось, не было предела:

– Кто сказал: убивать?! Я сказал: убивать?! Вы что тут провокацию устраиваете?!

– Евгений Петрович быстро стал отступать назад : -Ну, какие – то угрозы, – быстро сориентировался он – требования.

Голос юриста внезапно стал отеческим: – Эх, Евгений Петрович, – да разве вы не знаете, как это – требовать возврат долга через суд? Ваш сын, кстати, нигде не работает.

Да и работал бы – суд присудил бы выплачивать из зарплат, что он будет платить. А имущества на сыне вашем никакого нет. Да и проверили мы – даже если вы все свое имеющееся продадите – ну нет у вас сто тысяч долларов? Что бы вы сами на месте заимодателя делали?.. Ну, конечно, взяли бы грех на душу – погрозили бы, попугали, вот этими бугаями, – он кивнул в сторону молодцов – позволили бы попугать…

– Ну, что же ему делать, сыну? Денег же нет…

– Да пусть хоть банки грабит, – голос юриста вдруг стал безразличным …– Деньги – вернул – история закончена.

Откуда деньги – нас не интересует. Деньги не вернул – история продолжается. Боюсь, что кончится она плохо, – он, как показалось, Евгению Петровичу, сочувственно вздохнул. И поманив пальцем Евгения Петровича, доверительно шепнул на ухо:

– А если прощать, то кто же будет бояться?..

И Евгений Петрович понял, что это был ответ на его главный вопрос.

До сих пор вся эта история все – таки была в его сознании какой-то игрой, сном каким-то, страшилками детскими. И с какой-то безнадежной тоской обнажилась мысль, которую он никак не хотел принимать: убьют!

Выхода у него нет, так же как и у него.

….Впрочем, на крайней случай приберег Евгений Петрович еще одну надежду- дочь.

Ужасно не хотелось с этим вопросом к ней обращаться – в эту беду впутывать всю семью.