Сборник рассказов. Жил-был я

Потом она как-то глухо сказала: – Не знаю, правильно ли я делаю, может, буду потом жалеть, может – тосковать…. И решительно встала:

– Пойдем, проводишь меня до номера!

До номера шли молча. Владимира трясло, ее, кажется, тоже.

Он взял ее за руку. Она руки не отняла. Около двери номера остановились.

– Ну, что, – тихо сказала она, – наверное, – пока!

– Пока, – также тихо ответил он.

Мучительно постояли.

– Ну, пока, так пока! – наконец решилась Галка.

Опять мучительно постояли.

Потом Галка прижалась к нему, чмокнула в щеку и решительно открыла дверь.

… На следующий день Володя получил от нее эсемеску:

« Я уехала. Эх, ты! ».

Он помучился. Отвечать или нет? А что было отвечать?

Потом он успокоился мыслью, что так было лучше. Вряд ли он жил бы спокойно, после той ночи, если бы она у них была. А дальше? Разрушить семью, оставить одних – жену, дочку?!

Нет, ну не это!

***

Прошло еще пять лет.

Многое изменилось в жизни Владимира.

О Галке он все это время практически не вспоминал – во первых, ничего и не было, во вторых, эмиграционные хлопоты заполнили все эти годы.

Наконец, все устроилось.

И давно томившая его тоска по родительским могилам – они умерли накануне их эмиграции – заставила его взять билет в Москву.

– Я быстренько – туда и обратно – пообещал он жене.

Однако, обратный рейс в Тель-Авив – а лететь пришлось опять через Москву – уже перед самым вылетом из Шереметьево был отменен до утра.

И всех пассажиров за счет авиакомпании отвели в находящуюся прямо на территории аэропорта гостиницу.

Вечер обещал быть долгим и пустым, и Владимир спустился в бар.

Очередь к бармену была небольшой, человек пять, и Владимир послушно встал за впереди стоящей женщиной. От нее еле слышно пахло какими-то очень нежными духами, и Владимир для себя определил, что это дорогая женщина.

– Нравится? – не оборачиваясь, спросила женщина, видимо уловив дыхание Володиного носа возле своих волос.

Не узнать этот с юности родной голос было невозможно. Не может быть! Но это была Галка! Впрочем, все-таки не может быть! Так в огромной стране, а теперь и в огромном мире, потому что Владимир уже жил в Израиле, люди не могут случайно встретиться на маленьком пяточке одного аэродромного поля!

И все-таки ошибки быть не могло.