Горох. Старушка Божия. Книга 3

Молитвенно приложились и ко Владимирской иконе Божией матери и другим святыням.

В раке св. Глеба имеется выпиленное отверстие, откуда, услаждая обоняние православных, для укрепления Веры явно доносится благоуханный сандаловый аромат. Несколько лет назад я спросил настоятеля храма: «Из чего сделана внутренняя часть гробницы, не из красного ли дерева?» Отец Сергий ответил: «Нет, обычная сосна – я сам стругал доски…»

9

Расслабляться нам некогда: время неумолимо диктует поспешать к главной цели нашего паломничества – в Дивеево.

И вот мы, тепло попрощавшись с отцом Евгением, уже катим по мосту, выезжая на Муромскую дорожку. Оборачиваемся, делаем фотоснимки Успенского собора, величаво вознесшегося к небу над высоким обрывом реки Клязьмы, любуемся золотыми главками множества владимирских церквей.

До свиданья, Владимир-град… Ещё увидимся на обратном пути.

Сосновые леса вдоль дороги поражают воображение своей красотой – густой, ровный, строевой лес. Тётя Христула и Ангел в первый раз в жизни видят такие картины.

– А берёзовые рощи будут? Я очень хочу увидеть берёзовую рощу! – умоляет Ангел. Вот и берёзы пошли – смотри, Ангел, запоминай на всю свою жизнь.

Решили остановиться, полюбоваться, сделать снимки на долгую память. Берёзки, чуть-чуть тронутые первыми заморозками, прекрасны – кроны стали напитываться разными оттенками желтизны, скоро начнётся настоящее буйство красок, жалко, что греки так быстро уедут из России, не увидят всей природной полноты русской палитры.

Но и уже увиденное потрясло их: это только в нашей русской пословице говорится, что в Греции всё есть, – такой красоты нет нигде в мире…

10

Мы быстро мчимся по извилистой дороге с гладким асфальтом.

Солнце прыгает в купах дерев, играет, как будто хочет обогнать нас и первым прибежать к о. Серафиму.

Душа просит песни. Не в силах больше терпеть, громко пою: «На Муромской дорожке стояли три сосны…» Смотрю на греков в зеркало заднего вида. Вижу – они широко улыбаются.

Напряжение, страх и неопределённость вчерашнего дня начинают их отпускать. С каждой минутой, с каждым километром мы становимся всё ближе и ближе к преподобному Серафиму Саровскому.

Мне стало очевидно, что наша машина как-то особенно легко стала проходить на большой скорости повороты извилистой дороги – будто и её железное сердечко, и колёса жаждут и алчут, как и мы, паломники, долгожданной встречи с Саровским чудотворцем…

11

Вот мы въезжаем в Муром.