Девочка на джипе (сборник)

Всё зависит от отношения к отчей земле, от чувства хозяина на ней.

– И от властей местных! – добавил Иван. – Да только Мишка чужое полюбил. Свой идиотский рэп слушает! Хотя к земле с пеленок приучали…

– Извини. Другой век – другие интересы, – огрызнулся тот и взял к себе на руки щекастенькую дочурку, очень напоминающую складом лица бабушку Валю.

Застолье, обильное и разговорчивое, разморило. Захмелев, дядька Аким принялся петь старинные песни. Валентина его поддержала, а затем стала собирать рыбакам харчи.

И только трехлетняя Ульянка, глазастая, в розовом платьице, с бантиком на толстой русой косе, с таким старанием подпевала старику, повторяя слова про любовь-разлуку, что Андрей Петрович, растроганно сказал брату:

– Истинная казачка! На генном уровне отзывается… Не понимает ничего, а слова и мелодия ей нравятся…

Иван со вздохом отвернулся, пряча повлажневшие глаза.

Провожая мужчин, Валентина негаданно вынесла из хаты и подала родичу темную, древнюю иконку богородицы.

С чувством произнесла:

– Нехай тебе хоть икона теткина достанется! Благоносящая и намоленная. Вашего деда и бабку ей благословляли.

– Спасибо, Валюша, огромное!

И, взяв иконку, рассматривая лик Донской богоматери, Андрей Петрович ощутил в руках странное покалывание, теплоту и – волнующе радостно зашлось сердце…

Михаил, напутствуя отца, предостерег:

– Вы осторожней там. А то гаишники два раза маршрутку останавливали. Кого-то ищут. Наверно, бандитские разборки.

Позвонишь – я за тобой на мотоцикле приеду.

9

Иван рыбачил до предзакатья. Надергал десятка три нагуленной плотвы и карасей. И, заскучав на берегу в одиночестве, докричался до брата, заплывшего на лодке в протоку, предупредил, что собирается домой. И вскоре Михаил, вызванный по телефону, приехал за ним. Выплывать, отрываться от прикормленного места Андрей Петрович не стал. Утром все равно встретятся…

Когда солнце стало меркнуть в дымке горизонта и полнеба охватило прощальное зарево, – прудовая вода, смятая во всю ширь волнами, вдруг преображенно замерла и как будто с глубины осветилась веселым розоватым пламенем.

И показалось Андрею Петровичу, засмотревшемуся на закат с обрыва, что кто-то неведомый забросал плёсы лепестками осенних мальв и радуется вместе с ним этой забаве, и непременно еще сподобится на добрые превращения, чтобы гость заезжий, случайный рыбак, сполна ощутил и припомнил красоту казачьего раздолья.