Год Майских Жуков

 – Эти марки должны быть в надёжных руках… у меня, понимаешь? Я им знаю цену…

Вечером, хорошо подкрепив папу котлетками с пюре, мама бросила взгляд на Марика, сделала успокоительный жест и пошла в спальню советоваться с главой семьи. Папа после обеда любил отдыхать в плюшевом кресле, где, прихлёбывая чай, он с кислым лицом смотрел программу "Время". Марик подкрался к двери и стал подслушивать.

Мама, медленно понижая питч, красивым контральто что-то папе внушала. Папа несколько раз кашлянул, звякнуло блюдце, принимая в своё лоно чашку с чаем.

Потом донеслись неразборчивые звуки и громко прозвучало: "Я не понимаю… уже были спичечные этикетки…"

Мамин голос заурчал опять, вдруг заскрипела пружина в кресле, зашуршали то ли бумаги, то ли папины тапочки, и Марику удалось разобрать: "Фаина, мне не жалко денег, но хорошо бы подтянуться по алгебре или заняться чем-нибудь…", но чем заняться, Марик не расслышал. Понурив голову, он отошёл от двери и поплёлся на кухню.

Там он сел на табурет и с тоской глядел, как соседка Рита, рыхлая и веснушчатая, в халате цвета гнилых водорослей шинкует капусту.

– Марик, когда твой дядя к нам придёт? – спросила она, не поворачивая головы.

– Мне не докладывают, – ответил Марик.

– Ой, – сказала Рита. – А шо ты такой колючий? От папки нагоняй получил?

Марик тяжело вздохнул и вышел из кухни. К нему навстречу спешила мама.

– Папа разрешил, но к дворнику я пойду с тобой. Я тоже хочу посмотреть марки. Давай это сделаем сразу после праздников.

– До праздников ещё целая неделя.

– Марик, не капризничай.

– А когда за кляссером пойдем?

– В понедельник.

– Ещё три дня… – с тоской протянул Марик.

– Ничего, потерпишь. Папа сказал, что первым делом надо готовиться к экзаменам. А если тебе так уж не терпится, ты можешь к нему зайти в субботу или воскресенье, но ненадолго. Договорились?

На следующий день сразу после школы Марик заглянул в аптеку на Коперника. "Оливкового сейчас нет", – на лету сообщила продавщица, подбегая к кассовому аппарату.

"А когда будет"? – Марик старался придать своему голосу властность и строгость одновременно. "Загляни через месяц", – посоветовала девушка. "Через месяц будет поздно, не подскажите, где его можно достать?" Этот вопрос он повторил раза три, пока не услышал такое же эфирное, тут же испарившееся – "узнай в других аптеках".

Марик совершил примерно двухкилометровую пробежку ещё по нескольким фармацевтическим точкам. Ответы удивительным образом везде совпадали.