Прометей

– Алкаш, – подытожила работница почты, когда захлопнулась дверь.

Закончив дела в деревне, Макс направился в сторону дома по гравийной обочине пустой дороги. По-осеннему прозрачный воздух был неподвижен и тих. Казалось, что кто-то поставил весь мир на паузу, чтобы насладиться умиротворением готовящейся ко сну природы.

Внезапно из-за горизонта показалось два автомобиля. Они приближались, поднимая пыль. Макс остановился.

Мимо него проехала черная тонированная иномарка без опознавательных знаков, а за ней минивэн с надписью «Следственный комитет» на борту.

Они проехали с величием всадников апокалипсиса и скрылись за поворотом, ведущим к единственному в деревне административному зданию. Макс хоть и не видел пассажиров, но готов был побиться об заклад, что за ним наблюдали сквозь темные стекла – он почувствовал на себе пристальный взгляд. Липкая тревога тенью легла на душу. Он простоял несколько секунд, глядя как оседает пыль на опустевшую вновь дорогу и продолжил путь.

Придя домой, Макс сбросил пыльную обувь и одев старые джинсы и протертую на локтях рубашку, отправился заниматься хозяйственными делами, оставив на столе нераспечатанный конверт и бандероль.

Он понимал, что это уже последние дни бабьего лета и пока на улице комфортно, стремился всеми силами позаботиться о хозяйстве, покуда вновь не потянуло свежим ветром осени, мягко осыпающим листву с деревьев.

Лишь когда малиновый шар солнца наполовину скатился за линию горизонта, Макс снова вошёл в дом.

Освежившись в душе, он, накинув халат и мягкие домашние туфли, занялся ужином.

Пока варился какао, Макс подрумянил на сковородке ароматный белый хлеб и сварил «всмятку» несколько свежих яиц.

Налив в широкую чашку горячий какао, он остудил яйца в проточной воде и выложил в блюдце. Смазав хлеб сливочным маслом, он расположился в кресле и неторопливо принялся за еду.

Лишь покончив с изящным в своей скромности ужином, Макс надел на кончик носа очки, бережно вскрыл конверт и взялся за чтение, скользя взглядом по листу бумаги в руках:

«Здравствуй, братец! Ну как ты там в своих горах? Ещё не сошёл с ума от одиночества?

Я вот только что вернулась из Люцерна.

Там всё так же красиво, как и раньше. Ехала чтобы не вернуться. Сняла милую квартирку, почти нашла работу, приглянулся один очаровательный мужчина (вылитый Том Хиддлстон!). Ах, прости! Ты же не любишь все эти подробности. В общем стоило только привыкнуть как меня стала одолевать беспричинная тоска.