Прометей

Спустя месяца я стала понимать, что это… тоска по Родине… кто бы мог подумать, да? Я и сама не знала, что памятник валенку станет мне ближе, чем «Умирающий лев»[8 - «Умирающий лев» – скульптурная композиция, созданная по эскизу БертеляТорвальдсена (1768/70 – 1844) в швейцарском городе Люцерн. Посвящена доблести швейцарских гвардейцев, павших при сопротивлении штурму дворца Тюильри в день восстания 10 августа 1792 года.]. Столько усилий, а тут непреодолимое желание вернуться… я вернулась. Вернулась к прудам с чёрной водой в парках центра, к бесчисленным палаткам с шаурмой и вечно коптящим трубам электростанций.

Бросила всё. Сорвалась. Аэропорт, самолёт и вот она… Родина. И что ты думаешь? Как она распростёрла свои объятия мне, строптивой беглянке?

Меня пригласили проверить «документики» и в итоге почти полтора часа ковырялись в моём нижнем белье! И что они рассчитывали там найти? Кто их поймёт…

Не думала, что столкнусь с таким унижением. Что это было? Демократия? Презумпция невиновности или… воля к власти?

Хотя, чего ожидать от этих юношей? Из покосившихся домов в армейские бараки, а потом собственная бесполезность указала путь.

Сижу я теперь дома, смотрю как за окном льёт дождь и думаю – зачем я вернулась? Да, конечно, когда я вошла в квартиру после всех этих путешествий, вдохнула знакомые запахи, то меня охватило непередаваемое чувство, но, увы, непродолжительное.

Давит одиночество, но и видеть никого не хочется. Часто, в перерывах между сериалами, я вспоминаю как мы с тобой колесили по миру.

Ты ждал меня в бутиках, а я тебя – с работы…

Нашла твою старую джинсовку. Она до сих пор пахнет тобой…

Наверное, я никогда не смогу понять, как ты сумел взять и всё бросить. Вычеркнуть себя из общества. Некоторые думают, что ты умер.

Я знаю, что были веские причины, но, думаю, что всё уже позади. Пора домой. Тебя уже заждался водопровод, интернет и я.

Хватит уже питаться желудями и земляникой. Дикарь.

Твоя любимая сестрёнка Мари.

P.

S. Я привезла тебе гостинцы. Со дня на день вышлю.

P.P.S. Очень хочу тебя увидеть. Как разберусь со всеми делами заскочу на недельку. Но, наверное, уже в следующем году.»

Макс тепло улыбнулся, вспомнив сестру. Через несколько минут он встал, бережно отложил письмо в сторону и бесцельно прошёлся по комнате.

После раздумий, он вновь сел в кресло и поставив бандероль на колени, вскрыл её. Из всего содержимого Макс вначале извлёк бумажный пакет с кофе.