Иерихон

– Даже в монастыре братья и сёстры живут бок о бок. Что вам мешает, кроме повестки?

– Вы меня допрашиваете в неформальной обстановке?

– Я же не контролёр. Просто столько лет сограждане пугали меня однообразными стремлениями, а тут – «Не хочу быть ни мужчиной, ни женщиной».

– И к чему, по-вашему, стремятся наши сограждане?

– К расширению продуктовых списков и удовлетворению сексуальных потребностей. Если достичь первого непросто, то со вторым проблем нет – здоровый секс между существами противоположного пола одобряется, пока не мешает работе и прочим обязанностям.

За ночёвки в чужой квартире по головке не погладят, ну так весь световой день граждане проводят в толпе себе подобных, «ночное одиночество необходимо для душевного равновесия».

– Можно подумать, у нас есть выбор, – процедила она, уязвлённая его снисходительным тоном. – Делить с кем-то квартиру в метр шириной?

– Да-да, это противоречит санитарным нормам, а строительство жилья другого типа – неразумное расходование земли.

Заметили изъян в логике? Площадь дома не изменится, если снести пару внутренних перегородок. Подозреваю, основная причина запрета – риск «болезненной фиксации на одном существе» и, соответственно, смена приоритетов. Ладно. Вернёмся к вашей проблеме.

Командор зажёг лампу на письменном столе и вернулся на пол.

– Нет такого закона, по которому женщину, отклонившую повестку, убивают или наказывают иным образом.

– Формально, – вставила она.

– На деле, как только вы отказываетесь от благородной миссии, Медицинский Совет отправляет предупреждение на место работы: «Гражданин не выполнил долг».

Работу вы теряете, а вместе с ней жильё и морозильную камеру. Вы не думали присоединиться к монастырю? Судя по всему, жизнь в Агломерации не даётся вам легко.

– Была мысль. Давно. Мне сказали, что я не подхожу по складу характера.

– Всё ясно, мне тоже, – улыбнулся Кампари.

Он не раз спрашивал госпожу Авилу, как ей удалось поселить его в монастыре, не принимая в братья. «Наш суверенитет – не пустой звук», – отвечала она, «но главную роль сыграли подлог, переговоры, бумажная волокита и тонны обаяния.

Отдать вас в интернат с провалом в памяти? Всё равно что прямиком в Отдел Психиатрии».

– А сейчас уже поздно, – продолжила девушка. – Даже если я произведу нужное впечатление, добьюсь того, чтобы меня приняли в сёстры, Совет скажет: «Исполните долг, а потом идите в монастырь, никто вас не держит».

– Верно, – Кампари выдвинул подбородок.