Хроники Бальдра. Творение рук человеческих

Ингварр вздохнул и собрался было что-то сказать, но я уже успел вырваться из рук матери и примчаться назад.

– Папа, пойдем упражняться в стрельбе из лука!

– Конечно, Верманд, идем на стрельбище, – осекшись, отец рассеянно потрепал меня по голове.

Он взял меня за руку и повел прочь; я обернулся и успел заметить, как дядя Сверр медленно летит к своей хижине, паря в полуметре над землей.

– Вот будет тебе семнадцать, припишу к одной из дружин, – задумчиво, скорее самому себе, говорил папа, – наберешься опыта, поездишь по окрестностям, уму-разуму у воеводы поучишься.

Отец довольно улыбнулся, проведя рукой по длинным черным волосам, а я, наоборот, нахмурился:

– Как это, конунг Верманд? А ты? Ты – правитель Стохетхейма, куда уж мне до тебя!

– Я не вечен, сын, как и любой из нас. Рано или поздно, но настанет момент, когда я не смогу больше верно править королевством, а мою статую из самого старого дуба в саду поставят в Зале Славы, рядом с другими конунгами прошлого.

– Но я не хочу, чтобы ты уходил.

– А я и не уйду. Я займу свое место в небесных чертогах, рядом с Бледными, и буду смотреть, как ты правишь. А потом – как будет править твой сын. И сын твоего сына… Все твои братья слишком уж отдалились от государственных дел – не по плечу им такая задача. Управлять маленьким городом – это не судьбы королевства вершить.

– А что, если я стану колдуном? – беспечно спросил я.

Отец закусил губу.

– Брось ты это, сынок. Ты – прирожденный воин! Оставь магию седым старцам. Ну, вот уж и стрельбище.

Стрельба из лука давалась мне так же хорошо, как и фехтование. Свистя, стрелы одна за другой вонзались в потрепанную мишень, а отец прямо расщедрился на похвалы, что с ним случалось не так уж и часто. Я туго натянул тетиву и прицелился точно в «яблочко», как вдруг к ограждению подбежал запыхавшийся гонец. Я удивленно обернулся и опустил лук.

– Стреляй, не отвлекайся, – погрозил мне отец и отошел к посыльному.

– Милорд, срочные новости из Требьорна! Среди жителей волнения; выгнали колдуна из поселения! Грозятся прервать все торговые сделки и заблокировать дороги к деревне.

– Что их тревожит?

– Они отказались принимать волю Бледных. Колдун хотел исполнить священный долг, но жители ему не позволили.

– Ох, опять… – покачал головой конунг.

– Доставить приказ дружинам?

– Нет, нет, погоди.