Сто причин сойти с ума

Пресс-конференция, ехидно ухмыляющийся журналюга, буравящий меня своими свиными глазками, будто бы видит меня насквозь. А что он видит? Только то, что хочет видеть его купленная-перекупленная душонка, и то, что ему заказали хозяева-толстосумы. Вот я и швырнул в него микрофоном. С каким смаком он впечатался в его ошалевшую от неожиданности физиономию! Всю жизнь буду гордиться своей меткостью. Теперь вы продолжаете считать, что общество так уж во мне нуждается?

Я не знал, что ему ответить. За игрой я давно уже не следил, да и прокурор до сих пор не поставил мне мат лишь для того, чтобы я не мог от него улизнуть.

– Понятия не имею, Нестор Нилович. Но, наверно, всё-таки да.

– Вот и доктор всё пытается меня реабилитировать. Только зачем? Вдруг тот, кого назначили вместо меня, окажется ещё лучше? Вряд ли, конечно. Но вероятность есть.

– Может быть, вы вернётесь. Пусть не на прежнюю должность, но есть же другие места. Ведь люди-то вас всё-таки ждут.

– Нет. Я уже не прокурор. Я не боец.

К тому же, я в этом абсолютно не уверен. Всё, чего от меня ждали, я уже выполнил. Посадил энное количество коррупционеров, заставил уважать закон, дал в морду журналисту и сошёл с ума. И, находясь здесь, я продолжаю всех удовлетворять.

– А если кто-то ждал от вас не этого? Если кто-то мечтает о той справедливости, которая очистит мир от обмана, грязи и лжи? Мечтает о луче света, который пробьётся сквозь тучи?

– То есть вас? – Он хитро прищурился. – Нет. В этом я тоже сомневаюсь.

Вы уверенны в том, что каждый человек хочет этого света? Вы уверенны в том, что большинству так уж не нравятся тучи, затянувшие небо? С одной стороны, конечно же не нравятся. А с другой, для того чтобы луч света пробился к земле, тучи нужно раздвинуть руками. А для этого нужно пытаться дотянуться до неба. Небо высоко. С него больно падать. Так не спокойнее было бы смириться как и с тучами, так и с отсутствием света?

Тут он заметил, что я сам ставлю свои фигуры под удар, и сухо рассмеялся:

– Ладно, не стану вас больше пытать.

Хватит. На сегодня.

И он понуро поплёлся в свою палату, зажав доску под мышкой.

Зачем же я спорил с ним, когда и сам мучаюсь этими вопросами? Как и многие старики, он пытается вдохнуть в молодёжь надежду. Но разве их печальный опыт не доказывает, что её нет?

Не лучше и в самом деле смириться? Но не так просто смириться с тем, что смирился весь мир. Их вполне устраивает небо, затянутое тучами.