Берёзка на крыше. Повесть

Весь день она вглядывалась в себя, слушала музыку этих струн, и сама играла на них: «Милая Аля!» – и струны отзывались! «Светлый день твоего рождения!» – музыка звучала! «Солнечная девочка моего детства» – и душа пела! «Царственная женщина, прекрасней которой не может быть на свете!» – боже мой! Как же хорошо!

Слова оставались свежими, не истирались от того, что она их повторяла, и раз за разом, извлекали из души одну и ту же чудесную музыку! Счастье! Вот оно какое! Ради него стоило жить! Ради одного сегодняшнего дня! Ради одной минуты!

Альбина Николаевна изменилась даже внешне.

Она светилась, лёгкая улыбка блуждала по лицу, и глаза были такими счастливыми, что это заметили пришедшие поздравлять её дочь Юля с восьмилетним Феденькой и Зоя Павловна.

– Да что с тобой сегодня? – спросила золовка, несколько раз получив от неё ответы невпопад. – Уж не влюбилась ли часом?

На что Альбина Николаевна звонко рассмеялась:

– Да в кого же?

– И правда… Вроде не в кого.

– Но ты, мама, правда, какая-то необычная сегодня! – сказала Юля.

– Да какая же?

– Счастливая.

– Бабушка счастливая, потому что мы пришли, что мы её любим! – пришёл ей на помощь Федя. – Правда, ба?

– Правда, правда, Феденька. Оставайся у меня ночевать. Уроки с тобой поделаем по английскому языку.

– А можно, я на твоём компьютере поиграю?

– Можно, можно, сегодня всё можно!

Альбина Николаевна ответила Николаю только на следующий день, подумав, что на сегодня ей достаточно счастья, надо что-то оставить и назавтра.

«Коленька! Родной ты мой! Если бы ты знал, какой счастливой я была вчера, получив твоё письмо»! Она испугалась этих слов, и поспешно удалила их. «Что это я?! В шестьдесят два года писать такое! Подумает, бог знает, что! Напишу лучше: спасибо, было очень приятно… Нет, холодно и сухо. Может даже обидно». И ответила полушутливо: «Ты меня прямо в смущение ввёл: ой, уж, царственная, ой уж не может быть прекрасней! – Обыкновенная баба!»

«Что ты, Аля! – написал Николай.

 – Сегодня целый день любовался тобой. Роскошные волосы! А во взгляде столько достоинства, благородства и ни капли надменности! Царица!»

Она внимательно оглядела себя в зеркале. Действительно, хороша! Водопад каштановых волос, улыбка… – очень хорошая, чуть заметная улыбка. Она поймала себя на том, что сама любуется собой, чего раньше никогда с ней не было. Но она опять написала, что ничего особенного в ней нет.

«Действительно, нет! – согласился Николай.