Мамочка из 21-го бокса

Из замкнутого пространства, мира боли и нервозности я попала в страну свободы. Правда, свобода эта оказалась достаточно мнимой.

Глава

II

. Покой нам только снится…

«Ты помни: время – лекарь,

но если действие пойдёт наоборот,

то этот врач народный станет зверем

и облачится, не пойми во что. 

Бывает, что лекарство лечит. 

Но нужно меру знать и не перегибать. 

А ты, несчастный, просишь быть без гнева. 

Но разве прав ты? Отвечай! Ты прав?»

Мария Хаустова.

***

Мы приехали домой. Двери моей квартиры мне открыла Танька, в другой комнате стояли ее муж и дочь. Я была приятно удивлена – они все прибрали, приготовили поесть и истопили печь. Войдя в комнату, увидела на окнах красивые желтые шторы, о которых я так когда-то мечтала. «Дарю», – сказала Таня. Всю квартиру она украсила яркими воздушными шарами. Мне было настолько приятно, что я светилась от счастья. Для Вари была приготовлена кроватка, в которую сразу ее и уложили.

– А где мама? – спросила я сестру.

– Она заболела. Поэтому не пошла.

– Ой, какая хорошенькая! Можно я ее подержу, – просила племянница.

– Нет, она еще слабенькая. Да и ты еще мала для этого.

Варя тихо спала в своей кроватке. Мы пошли на кухню. Танька не переставала меня разглядывать.

– Господи! Как ты похудела! Ты же просвечиваешь!

– Еще бы!.

– Бедняжка, похудеешь там!..

– Да уж… Я и представить не могла, что у меня! У меня! Будет депрессия…

– Никто не мог. Так вышло. Ты молодец, ты у нас сильная.

– Я не могла по-другому, это же мой ребенок. Я за нее в ответе.

– Ты права. Ладно – отдыхай. Мы позвоним ещё.

«Юлька, одевайся!» – крикнула Таня дочь. Они ушли. Мы остались втроем. Вадик долго всматривался в мое лицо, а потом сказал: «Милая, у тебя лишь нос да глаза остались… Как ты всё выдержала?»

– А по мне не заметно? – спросила я.

Он посадил меня к себе на колени и обнял. Казалось, что сердце сейчас выпрыгнет из моей груди. Но не от того, что я так соскучилась и была рада его видеть. Нет. Не от этого. Я в ту минуту вообще не могла себя понять. Было ощущение, что меня обнимает чужой человек. Я не испытывала к нему никаких чувств.