Архив

Антон воровато поозирался по сторонам, проверил, еще в отключке ли мать, затем аккуратным быстрым движением схватил вырезанный из дерева кулончик с завитушками и сунул его себе в карман, чуть потеребил его напоследок внутри.

Антон разогнул затекшую спину, торжествуя прогулялся до рабочего стола и окна. Выглянул в него: таджики, молдоване или кто они там, – хер разберешь с расстояния, – ковыряют крышу соседнего дома, переставляют туда-сюда огромные бочки то ли краски, то ли еще чего, раскатывают новый рубероид и спорят постоянно друг с другом, затихают только, когда на крышу поднимается какая-то пятидесятилетняя (распознать возраст женщины проще, чем национальность мужиков) женщина и орет на них.

Далеко внизу суетились муравьишки, а рядом лежал лепесток малюсенького белого цветка – «как же он называется…»

Антон закрыл окно и сел в дешевое поскрипывающее кресло, покружился в нем удовлетворенно, будто подрочив и вытерев обмякший член припрятанными в ящике стола салфетками.

Заметил на столе телефон.

Нажал на кнопку. Экран ожил, высветил пару пустых уведомлений (новый рекомендуемый друг в социальной сети и скидка на суши в 15% до конца недели) и затребовал отпечаток пальца. Поднял крышку ноутбука – зажглась красивая фотография заката на море и поле для ввода пароля в центре экрана. Нигде рядом на стикере он написан не был.

Мысли о деле, уступившие минутному порыву клептомана, возвращались. Антон достал свой телефон и набрал последний номер, того жиртреста в погонах, Кондратюк, или Кондрачук, как его там…

– Сержант такой-то оттуда-то слушает! – У Антона будто фильтр в ушах включался на имена и подразделения.

– Вызовите группу и кого-нибудь из ФСИБ.

– Зачем?..

– Повтори… те?..

– Зачем кого-то вызывать?..

«Действительно, Антон, зачем? Какие у тебя есть доказательства убийства или прямого доведения до самоубийства, кроме этой странной записки?..»

– «Зачем»?!. Зачем… Затем, что Я так сказал.

На том конце замешкались.

– Так… Так… Так точно!..

Кресло медленно вращалось, и в поле зрение Антона вновь попала распластавшаяся на кровати женщина:

– И врачи пусть сюда поднимаются, мамаше плохо.

– Так тут это… Консьержка тоже помирает.

– Рожать может?

– Эээ… Не думаю.

– Тогда хер с ней.

Глава 2

Первым подтянулся худощавый очкарик, из Федеральной Службы Информационной Безопасности, скорее всего – только там могли работать такие хиляки.