Изменитель жизни

Как бы и с кем бы у тебя ни сложилось дальше, будь добр и милосерден.

– Слава богу, хоть одно конкретное пожелание! – поцеловал я ее и отправился на улицу.

Я стоял посреди благостного сентября в ожидании клаксонов судьбы и смотрел по сторонам. Без пяти три подкатила белая Мазда, из нее вышли жена и сын и направились ко мне.

– Привет, пап! – подбежал сын. Я прижал его к себе, не спуская разом повлажневших глаз с его матери. Красивая, стройная, стильная, независимая. Мое создание, смысл и цена моей жизни.

– Привет, – подойдя, отвела она глаза.

– Привет! – не спускал я с нее глаз.

– Иди, Вадик, к бабушке, нам с папой надо поговорить, – велела сыну мать. Сын послушно ушел.

– Слушаю тебя, – сухо сказала жена, по-прежнему не глядя на меня.

– Аннушка, я люблю тебя! – горячо проговорил я.

– Это все?

– Могу повторить еще тысячу раз!

– Спасибо, не надо, – посмотрела она на часы. – Скажи, а ту женщину, с которой спишь, ты тоже любишь?

– Ты же знаешь, что она появилась после того как у тебя появился другой!

– То есть, назло мне.

– Не назло, а с отчаяния! Но я клянусь, ты больше о ней не услышишь!

Жена вскинула на меня негодующий взгляд:

– Вот в этом ты весь: попользовался и бросил!

– Но это ведь ради тебя!

– Мне такие жертвы не нужны! В отличие от тебя я своих мужчин не бросаю!

– Анюта, я тебя не бросал! Я на коленях тебе говорил и сейчас говорю: это дикая, пьяная случайность! Меня подпоили!

– Все, разговор окончен.

Я буду в семь. Надеюсь, тебя к этому времени не будет.

И ушла – гордая, гибкая, несгибаемая.

Когда я вернулся домой, мать спросила:

– Ну что?

– Послали…

– И правильно сделали! – воскликнула мать. – Семейная жизнь, сынуля – это ежедневный экзамен, и ты его благополучно завалил! Не факт, что тебе разрешат пересдать, но попробовать стоит. Вот и посмотрим, на что ты годишься…

Можно по-разному взирать на любовь, и в радужной переливчатости мнений каждый найдет здесь свой оттенок.

Лично мне любовь виделась чем-то вроде перевернутой, балансирующей на острие и парящей вопреки житейской гравитации пирамидой, которую может вывести из равновесия даже неловкое слово, ни говоря уже про измену. Так вот наша с женой Хеопсова пирамида лежала на боку и, кажется, не было на свете силы, способной вернуть ее в парящее состояние! Термодинамика жизни такова, что лишившись небесного огня, она может только остывать.