Самодур. Год 2012

– Теперь играешь в дурачка? – швырнув маску на стол, спросил лейтенант, а затем, показав своей рукой на мой разбитый кулак, задал более интересный вопрос: – а твой кулак, ты случайно не об голову Минина его разбил?

– Я же не бальными танцами занимаюсь! Можете позвонить моему тренеру Дмитрию Воронцову, и он с радостью подтвердит, что сегодня на тренировке я разбил кулак. Или вы и в этом меня хотите обвинить?

– Всему свое время, – безнадежно ответил мне опер.

– Послушайте, – после этого Высоцкий очень внимательно посмотрел в мою сторону и наконец-то начал меня слушать.

 – Вы мне не верите, и это ваше право, но все эти улики не делают меня тем, кого вы ищете. Это всего лишь глупое совпадение!

– Совпадение? – усмехаясь, ответил лейтенант. – Тогда поговорим о твоей сорокалетней девушке – Анастасии Бакеевой, кажется. Она не сильно старовата для тебя? – с ноткой злорадства продолжил он.

– У меня своеобразный вкус.

Высоцкий молча смотрел на меня, и по моему виду явно понимал, что мне нет дела до этого допроса.

Спустя минуту я услышал, как сотрудник, который стоял за дверью и пытался кого-то остановить, проговорил:

– Вам сюда нельзя!

– Мне что теперь, каждому пехотинцу отчитываться? – агрессивно спросила Бакеева. Не думал, что скажу это, но я был рад ей как никогда. – Ну что, мы все решили? – спросила устрашающим голосом Леонидовна, протянув свое удостоверение к его лицу.

Присмотревшись, сотрудник полиции встал по стойки смирно, и ответил:

– Извините, товарищ полковник!

– Где находится Роман Иланов? – строго спросила у него грозная женщина.

Услышав возглас Бакеевой, Высоцкий повернулся в сторону двери, а сотрудник полиции неловко посмотрел на лейтенанта, заглянув в комнату, в которой он находился вместе со мной, и сказал:

– Товарищ лейтенант, к нему пришли.

– Пусть ждут, – скомандовал оперуполномоченный.

После дерзкого высказывания Высоцкого в кабинет нагло зашла Леонидовна. Она подошла к столу и воскликнула:

– В отличие от вас, лейтенант, я ждать точно не собираюсь! – после чего она показала свое удостоверение дерзкому оперу.

– Помяни черта, он и появится, – вполголоса проговорил я.

После того, как Бакеева убрала свое удостоверение, лейтенант встал прямо перед ней и нервно заявил:

– Вообще–то, здесь проходит допрос подозреваемого.

– Я знаю, – ответила Леонидовна. Она вела себя очень естественно, ей было все равно, что ей сказал сотрудник, она совсем не считалась с его мнением.