В конце вечности

Молодой офицер Алекс, глубоко «зарывшись» в себе, сидел на засаленной скамье и крутил в руках бронзовую статуэтку. Бронзовый всадник с поднятым вверх мечом, уже много месяцев пролежавший в столе, всколыхнул в памяти прошлогодний турнир, в котором Алекс обошёл всех претендентов. Эта небольшая статуэтка была престижным атрибутом среди младшего офицерского состава. Этот турнир и приз был, пожалуй, единственным, хотя и весомым достижением, заставляющим говорить об Алексе не только как о сыне генерала, но и как о самостоятельной личности.

В коридоре послышались тяжёлые шаги. Алекс поднял глаза и увидел в дверях своего друга Марка. Глаза молодого офицера уставились на статуэтку.

– Тебя отец ищет, – подкручивая смоляной щёгольский ус, сказал Марк.

– Да, уже иду, – поднявшись и поправив оружие, сказал Алекс. – Старикан опять решил всё контролировать.

– А ты как хотел, на кону не только генеральская честь, но и жизнь бездарного отпрыска, – засунув руки в карманы и прислонившись к дверному косяку, сказал Марк.

– Не начинай пороть чушь. Нас посылают мародёров приструнить, а не с действующей армией сражаться, – запихивая статуэтку в мешок, сказал Алекс.

– Ты её с собой возьмёшь? – усмехнулся Марк.

Алекс ничего не ответил и лишь молча толкнул товарища в плечо в сторону выхода. Выйдя из казарм, он прищурил глаза от солнца и, отыскав в суетливой толпе фигуру отца, выпрямив спину, направился к нему.

– Где тебя носит?! – строго взглянув на сына, спросил Бёртвин.

– Виноват! Завершал приготовления! – отрапортовал Алекс. – Отряд готов выдвигаться в рейд!

– Ладно, расслабься ты, – по-отечески осматривая сына с головы до ног, сказал Бёртвин. – Возьмите пару мародёров живьём. Выбьем сведения. И не геройствуйте там! – тряхнув за плечо сына, добавил Бёртвин.

– Так точно! Разрешите идти? – выпрямив спину и глядя вдаль, спросил Алекс.

– Иди, – хлопнув сына по спине, сказал генерал.

– Отряд, в седло!!! – скомандовал Алекс, взбираясь на коня.

Гвардейцы, вскакивая на лошадей, пришпорили их в сторону главных ворот, гулко цокая подковами по каменной мостовой. Толпа зевак, расступаясь перед кавалеристами, не сводила с них глаз. Как только последний всадник скрылся за воротами, их окованные створы грузно заскрипели и с грохотом захлопнулись, погрузив внутренний двор в привычную беспокойную суету.

Лошади шли галопом. Алекс и Марк корпус в корпус скакали впереди отряда, уводя бойцов к побережью.