Тбилисские истории

– Как тебе моя Теона? – спросил он, прочистив крупный массивный нос.

Гизо вконец растерялся. Выдавил, что она хорошая девушка.

Джумбер перешел к конкретике, решив, что с Гизо канитель может затянуться на долго. Людям творческим надо задачу ставить ровно в пяти сантиметрах от носа и писать большими буквами. Иначе не поймут.

– Ты меня устраиваешь, как зять. У Теоны тяжелый характер, весь в меня. И внешность – папина копия, спец заказ. Ее мало кто выдержит. Нужен, такой тип как ты. Мог бы подыскать кого-то из своего круга, но я своих, знаю как облупленных.

А ты хоть и с придурью, но порядочный. Порядочность тоже вещь в этом готферанском мире. За деньги не купишь. Поухаживай за Теоной и постарайся ей понравиться. На канфеты, букеты, кино и прочую ерунду я тебя профинансирую. Да, и одеться надо поприличней. Тоже беру на себя. Женишься на Теоне и малюй хоть всю оставшуюся жизнь.

Гизо тупо молчал, не зная как реагировать. Ощущал себя как в кабинете рентгена, понимал, что надо быть максимально откровенным.

– Я в картинках твоих ничего не понимаю. Если какой-то дурак нарисовал черный квадрат и полмира этим восхищается, то может и из тебя выйдет какой-то толк со временем. Дело не в этом. Я должен знать, что ты будешь для Теоны хорошим мужем. А я решу твои проблемы. Что скажешь?

Гизо молчал и рассматривал свои ботасы, намотавшие ни одну сотню километров. Давно собирался купить новые, поприличней и все не складывалось.

– Мне надо подумать.

– Думай. Все взвесь.

На том они и расстались.

Через день Гизо снова зашел вечерком к соседу и сказал твердо.

– Я решил попробовать. Но не знаю, что выйдет.

Джумбер указал ему на стул.

– Садись и запоминай. А лучше записывай. Все должно быть четко. Итак, моя дочка любит:…

Дальше пошел список предпочтений пирожные, цветы, любимые актеры и певцы, как именно должен быть одет мужчина, чтоб произвести на Теону впечатления.

– Откуда вы все это знаете? – удивился Гизо, не успевая за диктовкой.

– Аба, думаешь, я просто так свое место занимаю? С участкового начинал.

У меня память лошадинная. На слова и факты. Потом в цепочку выстраиваю. И все в мозгах держу. – Джумбер постучал себя по покатому лбу. Потом вернулся к списку. – Теперь записывай, от чего ее тошнит и вот тебе, – он достал из кармана трехцветную ручку. – Подчеркни красным цветом и наизусть заучи. Не любит белые носки, гвоздики, духи Клема. Записывай дальше…

В тот день они засиделись допоздна.