В ПОИСКАХ ЖАНРА. ИЗБРАННОЕ

Ещё более удивительным было то, что все его познания были совершенно бес-полезны, а нужным и полезным знаниям места в этих захламлённых мозгах уже не находилось. Может потому все приняли в обиход сокращённый вариант его фамилии Харламов — «Хламов».

Её часто можно было встретить среди таксистов и рыночных торговцев. В кожаной куртке и в видавшей виды песцовой шапке, она громко смеялась над их солёными шутками. Прозвище у неё было – «Банкирша», почему? – да просто она часто давала в кредит.

По тому, как он рассматривал чужие недостатки и свои достоинства, он и получил прозвище — «Микроскоп».

значение меткого слова я отметил в одном из ранних стихотворений:

лагословенен наш язык —

Наш инструмент общенья:

Им можно запросто убить

И вымолить прощенье,

Им можно о любви сказать,

Ему подвластна лесть,

Коварно можно им предать,

Из-за него же сесть,

Часами можно воду лить

Или стихи читать,

Им можно правду говорить

И беспрестанно лгать,

Им можно многое творить…

Добавлю лишь немножко:

Мы вкус им можем ощутить

Разваренной картошки

И, прожевав, ей гимн воспеть:

«Ну, хороша! Ну, обалдеть!»

Идейный впрыск

Из искры возгорится пламя!

    Пионерский девиз

Вот мы и стали пионерами.

Это случилось в 4 классе. Слово идеология мы тогда не знали, а термины агитация и пропаганда хоть и слышали, но они нам были «до фени». И то, что пропаганда изначально означало «поганая проповедь» сам узнал, только когда занялся древней историей.

А тогда все мы были уверены, что учителя и воспитатели нам желают только хорошее. А нас просто подталкивали к «общаку» – надо быть как все и не отрываться от коллектива.

Путь строителя коммунизма был четко обозначен:

1. октябренок – пионер – комсомолец.

2. школа – ВУЗ – предприятие,

3. семья – квартира – дача. Позже еще автомобиль.

Вожди менялись, а установки на их почитание и послушание родимой партии оставались неизменными.

Родители рассказывали, как в детстве их заставляли разучивать стишки, типа:

Я на вишенку залез —

Не могу накушаться,

Деда Ленин говорил:

Надо маму слушаться.

Потом узнал, что строчку «Деда Ленин говорил…» заменили на другую: «Вождь наш Сталин говорил…». Но вскоре дедушку Ленина вновь вернули на место.

В период хрущевской оттепели культ Сталина был развеян.