Раны, нанесенные в детстве… Педагогический роман

Сёмка решил снять сорочку, потянул за ворот вверх… Спина отозвалась острой болью. Мальчик закусил губу, напрягся, отодрал льняную материю от спины.

Рубашка была в обширных красных пятнах. Изнутри к сорочке прилипли кровь и кусочки кожи…

Отчим избил пасынка, как говорили в таких случая в деревне – «до мяса».

Через полчаса после экзекуции пришла мать, устроила отчиму скандал…

Семен не стал дожидаться развязки конфликта, выбрал момент, выскочил за дверь.

«Пойду к бабушке Наталье»! – решил он.

 – «Поживу пока у нее, на сеновале»!

Подросток бесшумно растворился в темноте.

На следующее утро из Хмелевки на лошади приехал участковый. Холодной металлической линейкой он померял отметины на худой спине Семена, что-то записал в листочке в мелкую клеточку, расправленном на квадратном планшете – сумке, традиционном атрибуте каждого участкового тех лет.

– Лёню обманули! – пояснила Семену мать, у которой как у всякой опытной сельской учительницы, были свои «агенты» и «информаторы» по всей деревне.

 – Голдобины сказали Лёне, что это ты говорил, что лучше никакого отца, чем такой. Лёня извиняется…

– Зачем мне его извинения? – зябко дернул плечом подросток. – От его извинений у меня шкура целее не станет! – расстроенный «предательством» матери Семен убежал со двора, не оглядываясь.

Отчим-пимокат – тонкий знаток женской души – из незабавного казуса делал для себя правильные выводы: бить пасынка можно.

Но только – «за дело», или как бы случайно, «не разобравшись».

А «за дело», то есть в воспитательный целях, Сёмке, как, впрочем, и любому подвижному и невнимательному подростку «заработать» не составляло никакого труда.

Шалости или мини-трагедии появлялись практически ниоткуда, неожиданно и всегда некстати.

Однажды Сёмка нашел на улице утерянный кем-то складной нож. Небольшой такой ножичек с двумя маленькими лезвиями, штопором и не очень острым коротким шилом.

Не долго думая, парнишка сунул его в карман брюк. Домой Семён не пошел, отправился в бабушке Наталье – туда, где было сытнее и безопаснее, чем дома.

За Семёном увязался младший брат. Олега Сёмка любил, охотно взял его с собой.

Возле дома прабабушки Сёмка решил «испытать» находку «на втыкаемость». Он зашел за стайку, вынул из кармана нож, обнажил одно из лезвий…

Братишка увязался за ним.