Луна и пес

– При каких обстоятельствах?

– Как-то я сел в троллейбус. За мной вошел человек… Я поймал его взгляд…

Макошин отпил кофе, посмотрел на Кента.

– Может, так начинается паранойя? – улыбнулся Кент.

– Может быть, – согласился Макошин. – Сходи в отпуск.

– В отпуск?

– Да. Съезди в Прагу. Она в эту пору особенно хороша. Мало туристов. Холодная Влтава. Белые лебеди. Посидишь в ресторанчике с видом на Карлов мост, попьешь пиво… Я тебе завидую!

Макошин приложил палец к губам, взял мобильный телефон Кента и вместе со своим отнес бармену.

– А теперь – рассказывай!

– Что рассказывать?

– Рассказывай, чем занимаешься.

Кент помолчал. Макошин терпеливо ждал.

– В последнее время произошли странные убийства, – сказал Кент. – убили банкира Куталию и руководителя элитного охранного предприятия в Питере Жигаря. Одного отравили ядом, изготовленным в ваших лабораториях, второго – полонием.

Макошин поднес чашку к губам, на мгновение замер, сделал глоток, поставил чашку на блюдце.

– На какой стадии твое расследование? – спросил Макошин.

– Я встречался с профессором, который установил формулу яда, и с лечащим врачом Жигаря.

– Это он тебе рассказал про полоний?

– Нет. Я встречался еще с одним человеком.

Макошин зачем-то помешал ложечкой остывающий кофе.

– У меня ощущение, что воздух вокруг меня изменился, – сказал Кент. – Что делать?

– У тебя только один вариант: прекратить расследование. Причем сделать надо так, чтобы они об этом узнали.

– Но это невозможно!

– Почему?

– Мне кажется, я ухватил хвост гадюки!

– Она укусит тебя! Ты их уже чувствуешь.

– Что же делать?

– Я дал тебе совет.

– В стране происходит что-то ужасное!

– В нашей стране всегда происходит что-то ужасное.

– Ты один так думаешь?

– К счастью, нет.

– Я хочу, чтобы люди узнали то, что узнал я!

– Что это изменит?

– Люди, которые обладают информацией, и люди, которые ею не обладают, это разные люди.

– Или ты прекращаешь расследование, или Серафим останется без отца, – жестко произнес Макошин.

– Ты это серьезно?

– Твоя машина стоит у дома?

– Да.

– Я бы не садился в машину с Серафимом. Я бы вообще перестал пользоваться машиной. Это во-первых.

– А во-вторых?

– Поскольку ты упрям – подготовься к побегу.

– К чему?

– К побегу.

– К побегу куда?

– За границу, дорогой! За границу!

Кент застыл от удивления.

– Собери «тревожный чемоданчик».