Свет во тьме

И если суд признает виновным, только после этого сажать в тюрьму. Я так понимаю.

СВЕТЛАНА. Да? Сразу же после объявления Второй мировой войны в Англии, Франции, Бельгии всех подозрительных немцев изолировали без суда и следствия.

КРИС. Так то же немцев…

СВЕТЛАНА. Тут хрен разберёшь, где немец, а где не немец.

КРИС. Но я думаю…

СВЕТЛАНА. Нам с тобою думать неча, если думают вожди. (Пародирует режиссёра.) Это не я говорю. Так говорит великий пролетарский поэт Владимир Маяковский. И хватит об этом. Поговорим лучше о любви.

КРИС. (С удивлением и радостью.) О любви?

СВЕТЛАНА. О любви Ромео и Джульетты…

КРИС. Когда мы встретимся?

СВЕТЛАНА. Опять? Ну, право, не знаю. Ну не тащить же тебя на лекции, мой милый Ромео. Хотя… ты же любитель поэзии. Как это я забыла?

КРИС. (Обрадовавшись.) Да! Я любитель поэзии.

СВЕТЛАНА. У нас в ИФЛИ послезавтра вечер поэзии.

КРИС. А что такое ИФЛИ?

СВЕТЛАНА. Институт философии, литературы и истории. Я там учусь. Жди меня в шесть часов вечера у консерватории.

КРИС. Усёк.

СВЕТЛАНА. Всё, пока.

Убегает. Спустя некоторое время на втором этаже загорается свет в окне. Крис смотрит на зажжённое окно…

Аудитория, битком набитая студентами. На заднике сцены что-то вроде огромной стенгазеты. Вихрастые расхристанные человечки вперемежку с человечками в «пыльных комиссарских шлемах». Поэтические лозунги типа: «Я хочу, чтоб к штыку приравняли перо». Инструмент поэта – карандаш и подпись под ним: «Острый, точёный, как штык воронёный», «Эй, школяры и детвора! Даёшь поэмы на-гора!» – и т.

СВЕТЛАНА. Я почти уверена, что вы все читали драму «Гроза» нашего известного классика. И наверняка обратили внимание на главную героиню, Катерину.

ГОЛОС ИЗ ЗАЛА. Это которая «луч света в тёмном царстве»?

СВЕТЛАНА. Та самая. Так вот, если вы не возражаете, я вам прочту её монолог в моей интерпретации.

ГОЛОСА. Валяй… Дерзай… Интерпретируй… Пробуй…

СВЕТЛАНА. От постылого порога

Вымученно, криво

Тёрном стелется дорога

С волжского обрыва.

Над обрывом свет струится

Стаи лебединой.

Кличет горько, вслед стремится

Сердце Катерины.

Катерина – лебедь белый,

Бедный мой подранок,

Ах, сюда ты залетела

Поздно или рано.

Все под крышами укрылись

От любой стихии.

Нынче все угомонились

Молодцы лихие.

Где ж вы, странники Господни,

Рыцари отваги?!

Только лают в подворотнях

Шавки да дворняги.