Танец левой руки, или Мемуары правого полушария

Прикол начался с поздравлений. Молодой арестант по кличке “Жиган” зачитал имена и кликухи воров – именинников сидящих в других лагерях. После чего заорал во все горло "Жизнь ворам". Зэки дружно прокричали "Вечно".

“Жиган” продолжил читать имена и прозвища следующих воров, чтобы теперь помянуть за упокой. Затем он заорал "Смерть ментам". Зэки тотчас ответили "Вечно". Когда поздравления и поминки закончились, смотрящий начал разбирать последний конфликт, возникший между арестантами.

С сильным грузинским акцентом смотрящий обратился к длинному зэку по фамилии Суслов.

"То, что тебя обозвали сусликом – это ерунда. “Суслик” – это не шерсть. “Суслик” – это просто суслик. А вот ты в ответ обозвал человека козлом. “Козел” – это шерсть. “Козел” – это оскорбление. Вот за это ты и получил по морде". Конфликт был улажен и смотрящий перешел к следующему вопросу.

"Завтра, сказал он, – в вашу хату заедет наш лагерный Барыга. Трогать его запрещено, обманывать тоже нельзя. Пусть барыжит, приносит благо, это его работа".

“Жиган” вновь заорал "Жизнь ворам". Зэки ответили "Вечно". Смотрящий ушел. Прикол закончился.

На следующий день Барыга перетащил свои сумки, наполненные насущным товаром и началась движуха. Со всего лагеря потянулись покупатели. Они усаживались на кровать за занавеской из простыни и устраивали торг. Барыга брал номера телефонных карточек и одежду в виде оплаты. Взамен давал чай, сигареты, конфеты и бисквитные рулеты.

Кому нечем было платить, брали в долг под запись. За несколько лет у Барыги скопилось много должников.

В толстой тетради были записаны сотни имен и прозвищ. Сам себя он гордо называл предпринимателем, ни в чем не нуждался и даже не заметил, как срок его командировки закончился.

Выйдя из лагеря на волю, Барыга зашел в ближайший магазинчик. Там он купил большой пластмассовый пистолет и, перейдя в соседний магазин, заорал "Это ограбление. Вызывайте ментов".

Через десять минут Барыгу в наручниках вернули в лагерь и поместили в штрафной изолятор.

А через две недели, после заседания выездного суда, счастливый Барыга снова занял свое место в нашей хате. Получив дополнительно пять лет, он продолжил свою предпринимательскую деятельность.

Видимо, с точки зрения Барыги, лагерная шконка была лучшим местом на свете.

Самосуд

Полуподвальная дверь в кочегарку с шумом открылась и клубы пара вырвались на мороз. Из тумана на снег вышли два чёрта. В черных руках они держали большие черные носилки.